Борис Гуц​: «Хочется и снимать, и смотреть простые истории»

4 июня 2020 г.
Борис Гуц​: «Хочется и снимать, и смотреть простые истории»

Режиссёр Борис Гуц в онлайн-цикле бесед Ельцин Центра «Скоро в кино» рассказывает о процессах, происходящих в киноиндустрии, об ускорении, которое пандемия дала развитию онлайн-платформ, о важности умения испытывать простые радости и дает список фильмов для домашнего просмотра.

Интервью записано 29 мая 2020 года.

Не жаловаться, а искать пользу

Кризис, безусловно, сказался на всей индустрии, потому что нужно понимать, что все режиссёры, актеры, сценаристы – это ИП, и они никак не защищены экономически. Есть какие-то крупные компании, которые попали в список системообразующих, какие-то меры поддержки со стороны властей их коснутся, но мы, простые панки-киношники, особо ничем не защищены, сколько сняли, сколько написали, сколько сыграли – столько и заработали. А последние три месяца все мои коллеги, друзья-актеры, сидят на диванах и ничего не делают.

Да, есть некие двенадцать с чем-то тысяч рублей, которые выплачивают как некую субсидию отдельной части индивидуальных предпринимателей, занимающихся творческой деятельностью. Лично у меня в качестве основной деятельности записано «производстве кино и видео», и вот эта статья в индивидуальном предпринимательстве почему-то никак не поддержана и не внесена в список даже на эти жалкие двенадцать тысяч рублей. То есть я очень рад, что некоторые мои друзья, актёры, актрисы эти деньги получили. Для многих и эти деньги какое-то спасение.

Но если актер все-таки профессия зависимая, то я, как сценарист и режиссер одновременно, как начинающий продюсер, это время потратил на доработку сценария небольшого фильма, относительно небольшого, и подготовку к съемкам, и мы сейчас уже готовы к подаче документов в Минкульт, благо они не сдулись и объявили конкурс. Делаем кастинг активно, делаем пробы, даже локации отсматриваем по Google Maps, и если все случится, то где-то осенью мы начнём снимать. Мораль простая: можно жаловаться на обстоятельства, а можно эти обстоятельства обратить каким-то образом в свою пользу.

У меня есть и другие сферы деятельности, я преподаю в Школе дизайна НИУ ВШЭ, то есть у меня есть некий постоянный заработок, плюс мы очень вовремя выпустили фильм «Смерть нам к лицу». У нас была премьера в кинотеатре «Октябрь» в конце января с небольшим прокатом, в феврале мы запустили онлайн-прокат, то есть чуть-чуть бы мы задержались на пару месяцев и попали бы в ситуацию, в которой сейчас оказались многие мои коллеги и друзья, которые планировали премьеры на март и апрель. И как они сейчас будут выпускаться – никто не знает. Кто-то отдает фильмы в онлайн, кто-то планирует осенью запуститься, но осенью наверняка будет очень сложное время, потому что если всё откроется, то там, конечно, тягаться с западными фильмами будет очень тяжело.

Поэтому если говорить о господдержке, а именно, о деньгах на поддержку индивидуального предпринимательства, меня это не коснулось, но для меня в этом нет никакой такой большой трагедии. Поэтому, как я уже сказал, эти три месяца мы с коллегами занимаемся новым проектом, это кино не на смартфон, при выборе формата мы руководствуемся не каким-то принципом или концепцией, мы просто выбираем инструмент для того сценария, который мы готовим в данный момент. Новый сценарий не предполагает съемку на смартфон, то есть смартфон никак не улучшит и не украсит это фильм, если его так снимать.

Как мы ищем деньги? Как всегда, мы ищем деньги разными способами – это инвесторы, продюсеры, тот же Минкульт. Собираемся сейчас продавать Министерству культуры такой небольшой фильм, это некая история о русском Форесте Гампе, если можно так сказать. Это экранизации известной писательницы и дизайнера Линор Горалик, мы выкупили права на произведение, собственно всё как обычно, и вот планируем запускать его осенью.

Тут есть не большой нюанс, связанный с карантином, потому что, начиная где-то с сентября прошлого года и до марта, мы планировали вообще снимать другой фильм, с бюджетом в четыре раза больше, и мы хотели попытаться заинтересовать этим продуктом каких-то западных партнеров и для этого собирались ехать на Каннский кинофестиваль, на кинорынок, но выяснилось, что мы не сможем поехать, это во-первых. И во-вторых, когда начался этот карантин, я вдруг как автор понял, что эта история – такая сатирическая, весёлая, дорогостоящая – это не то, что я хочу делать прямо сейчас. Наверное, дело даже не в том, нужно ли это людям, потому что угадать, что нужно людям, очень сложно. Я просто сам для себя чётко осознал, что сейчас нужно делать картину по произведению Линор, она давно у меня лежала. Это простая такая история, сейчас хочется и делать, и снимать, и смотреть какие-то простые истории про нас с вами, про окружающую реальность. Может быть, это как-то связано с тем, что я на своих маленьких прогулках по двору, из дома до магазина и обратно, стал как-то внимательнее смотреть на жизнь, стал ловить кайф от свежескошенной травы, от распустившейся сирени, да и просто от того, что светит солнце. В фильме я как раз попытался передать это настроение, свои мысли о мимолётности этого счастья, мимолетности простых радостей, мы их не замечаем, а сейчас нам вселенная или тайное правительство дало шанс почувствовать какие-то радости в мелких деталях, которые совсем рядом. Вот вышел из подъезда, вдохнул воздух после дождя и понял, что хочется жить дальше.

Люди не меняются

История показывает, что что бы ни происходило, люди меняются очень медленно, очень тяжело. 20-й век показал, что можно было убить миллионы людей в Первую мировую войну, и тогда казалось, что мир закончился, мир изменился после химических атак, после горы трупов. Ничего, двадцать лет прошло – и убили еще пару десятков миллионов человек. Потом может быть, что-то изменилось, но не уверен. Мир меняется, а люди не очень. Я в этом твердо убеждён к своим 39 годам, к счастью или к сожалению, не знаю. Наверное, в этом есть что-то позитивное для искусства, можно говорить на вечные темы, которые будут понятны на 20 лет назад и на 20 лет вперёд, и если сделать что-то хорошее, качественное, значимое, то ни фильм не устареет, ни песня, ни картина, ни любое произведение искусства. Скажется ли COVID-19 на киноиндустрии, вообще на искусстве? Должен сказаться, по идее. Он ведь может, как и любое яркое явление, сыграть злую шутку с некоторыми авторами. Есть люди, которые сейчас пытаются быстренько срубить хайпа, срубить бабла, делая какие-то сиюминутные зум-сериалы на эту тему. Сегодня видел новость, что уже снят блокбастер про коронавирус в стиле треш-боевика, о том, как люди спасают мир от злобного вируса. Вот подобный шлак будет вокруг в большом количестве, все это идёт не от большого ума и не от большого таланта, как мне кажется, а от желания срубить денег на якобы злободневную тему. У меня есть наблюдение, что люди, по крайней мере мои друзья и те, с кем я общаюсь, не очень-то хотят смотреть кино на такую тему.

Кроме фильма, о котором я уже рассказал, мы как продюсеры готовим сейчас еще несколько веб-сериалов, отснятых на мобильный телефон, для платформ, и у нас заказчик очень попросил, чтобы никакого упоминания коронавируса и карантина в этих веб-сериалах не было.

Можно же просто делать некие отсылки, и вот в новом фильме я как раз попробую передать просто настроение пустых дворов, закрытых детских площадок. Будет происходить некое узнавание, некое понимание ситуации одиночества, понимание закрытости, отсутствия объятий, простых встреч с друзьями на больших или небольших вечеринках. Наверное, именно на этом нужно играть людям искусства, а не на прямом в лоб: «Давайте я вам расскажу, как мы жили при коронавирусе» – да никак! Люди живут, правительство издаёт указявки о том, как мы можем выходить или не выходить со дворов, а я смотрю за окно и вижу на детских площадках десятки детей, счастливые семьи, мужики на лавочках пьют пиво, обсуждают футбол, который скоро, дай бог, вновь появится.

К сожалению, власти не совсем знают, как люди живут, и как они давно сами для себя уже самоизолировались и рассамоизолировались, и вот это гораздо интереснее. Мне интересно ходить по улицам, я уже упоминал свои маленькие прогулки от магазина и домой, слушать людей, слушать, как они устали, смотреть на людей, видеть, как они смотрят друг на друга, у кого есть маска, у кого нет маски. Буквально вот несколько часов назад на моих глазах из магазина вышел мужчина, снял маску и сказал: «Как вы меня задолбали со своими масками», но сказал он это на другом русском языке, и вот эта усталость – она интересна. Усталость не от того, что там что-то запрещают, а усталость не быть свободными, не быть свободным для себя, постоянно выполнять какие-то нелепые на первый взгляд требования – надевать перчатки, надевать маски и прочее. Вот эта вот тотальная несвобода в мелочах, наверное, может стать темой для искусства, по крайней мере для моего, если моё искусство можно назвать искусством. В "Фейсбуке" выложил историю, тоже сидел на лавочке около дома, вдруг вышел мужик в тапочках и показал мне в ветвях на дереве синего-синего такого, голубого попугайчика, волнистого. Видимо, вылетел из форточки, и сидит в ослепительной зелени сам ослепительно сине-голубой, и мужчина в тапочках пытался его прикормить, там какие-то крошки бросить, но попугайчик сидел и не двигался испуганно. И этот мужчина сказал ту же сокровенную фразу: «Как же задолбал этот коронавирус», и в этом было что-то такое щемящее, и я так и не понял, мужчину он задолбал или попугайчика, который сбежал из неволи, из клетки. Вот в этом я вижу кино, вот в таких вот сценах, в таких деталях, а не в том, чтобы показывать бесконечные сидящие в Zoom лица, которые друг с другом переговариваются.

COVID заставил платформы покупать фильмы

Вообще ситуация с онлайн-платформами очень интересная, очень позитивная, мне нравится, что там происходит. Помню мой коллега, друг, продюсер Игорь Мишин года три назад сказал, что пройдёт 5 лет и у нас очень сильно разовьются платформы, будет борьба с пиратством, люди созреют для того, чтобы платить деньги и легально смотреть кино, а не воровать, скачивать на торрентах. А платформы будут готовы заказывать и платить. Наверное, всё так и произошло бы, и в 2021-2022 году мы бы этого дождались. Но как раз карантин пнул ситуацию вперёд, и то, что предсказывалось как некие события через 5 лет, произошло стремительнее. В этом смысле надо сказать грустное «спасибо» карантину и коронавирусу за то, что ускорили этот процесс, когда наши российские платформы созрели для того, чтобы заказывать проекты, а там есть, я знаю из собственного опыта, очень большие деньги, соизмеримые с инвестициями того же Фонда кино, и это круто. Это круто, потому, что кроме вот этих всех быстродельных сериалов про коронавирус на платформах уже появляются и будут появляться очень качественные вещи. Сериалы, которые делались для телевидения, будут выходить сразу же в онлайн, мне кажется это удобнее, чем смотреть телевизор, которого у меня, например, нет уже десять лет. Дырка для антенны есть, а телевизора нет. Мне кажется это позитивная ситуация. Люди смотрят, люди платят, будут смотреть дальше.

Будут люди ходить и в кинотеатры, когда они откроются, потому, что ничто не победит такие ситуации, когда выходят какие-нибудь «Мстители», ты идёшь с друзьями и смотришь кино на большом экране в два часа ночи со среды на четверг, потому что это бум, бам, это взрывы, это экшен, это прекрасный крутой звук. Вот на такие фильмы люди будут ходить, ничего не изменится. Еще Джордж Лукас предсказывал, что в кинотеатрах останется интертеймент, аттракционы, блокбастеры от 100-200 миллионов долларов бюджета, а авторское кино уйдёт полностью в интернет, и он только в одном ошибся немножечко. Не кино, а кино в виде сериалов, сейчас мы живем в золотом веке сериалостроения. Появляется огромное количество сериалов, а качество не всегда высокое, то есть мы видим огромное количество и западных шлачных сериалов, но каждый год по два-три крутых сериала все-таки выходит, и это радует.

Что будет с авторским кино, маленьким, независимым… Знаете у меня есть такое ощущение, что российские народ вообще не любит нас, режиссеров, вообще кинодеятелей, они в глубине души считают нас дармоедами, которые живут, жрут за их счёт, делают какие-то непонятные фильмы, дорогие и большие, но очень плохие при этом, которые пытаются копировать Голливудские образцы, но неудачно. Поэтому максимум, что можно – это сходить, съесть попкорна и сказать: «Ну да, ну чё-то рисовать вы уж научились, а так фильм конечно дерьмо». Не зря появился BadComedian, который ежемесячно выпускает какие-то разгромные рецензии. Так что авторское кино в кинотеатрах — это практически прошлый век, это абсолютно бесперспективно, и мы это понимали еще год назад, поэтому наш последний фильм «Смерть нам к лицу» мы выпускали в абсолютно ограниченном прокате и делали это больше в качестве некой рекламной компании для большой премьеры онлайн. То есть это был инфоповод, чтобы мы вышли на главную сцену России – кинотеатр «Октябрь» зал №1, нафотографировались, и таким образом привлекли внимание к онлайн-платформам. Вот это путь авторского кино в России.

Заработать на авторском кино большие деньги очень сложно, а блокбастеры делать – ну, окупаются 1-2 фильма, которые в Новый год выпускают, вот в Новый год это так и останется ближайшие 5 лет еще точно, с 25 декабря по 15 января будут выпускаться только российские фильмы – большие, тупые, не все конечно тупые, но в любом случае большие. Народ будет по традиции ходить на "Ёлки-15", на "Движение-5" и так далее. В этом нет ничего плохого, это нормально. В конце концов нужно понимать, что индустрия должна работать, люди должны работать, получать профессионализм на площадках – режиссеры, звукорежиссеры, актёры. Так что резюме моё такое: мне кажется, что зрители будут ходить в кинотеатры, но также они будут с большим удовольствием смотреть на платформах и кино, и сериалы. Мне кажется, это уже почти стало нормой, просто мы сейчас не можем это до конца прочувствовать, потому что кинотеатры закрыты.

Зритель не любит авторское кино

Во-первых, любой фестиваль, не важно, для молодого или уже пожилого автора – это всегда всё-таки часть маркетинга, потому что любое участие в любом фестивале с наградами или без – это инфоповод для журналистов рассказать о вашем фильме перед прокатом. Поэтому любому человеку по возможности нужно участвовать в фестивалях. Я уже не говорю про Канны и Венецию, это обязательно для участия, но и в фестивалях поменьше – в Сан Себастьяне, Роттердаме, обязательно надо участвовать. И не важно, в каком виде они происходят.

Что касается тех людей, которые понимают, что их кино совершенно не фестивальное, что они сделали какой-то крепкий триллер или ужас, боевик, тут, конечно, многое зависит от продюсеров и от тех инвестиций, которые вложены, потому что продюсеры чаще всего хотят вернуть деньги, хотят заработать. Есть у меня друзья, которые сделали неплохой молодёжный фильм, и они хотят все-таки дождаться и выпустить его в кинотеатре. Моё личное убеждения, что всём начинающим нужно уже уходить в тиражные платформы. Если вы сняли полнометражный фильм тысяч за 500, за миллион, как я, например, снял свой первый дебютный фильм за миллион рублей, то его есть шанс показать и даже продать. Еще пять лет назад было чудом, что мы смогли продать фильм «Арбузные корки» на ТНТ и вернуть деньги и даже заработать, но сейчас такого чуда, во-первых, нет, телевизор практически не покупает, и гораздо проще и реальней действительно показать его на одной из 5-6 наших платформ, ну и продать, по ценникам это где-то от 500 тысяч рублей за какой-то простой артовый фильм или малобюджетный. Это та реальность, в которой начинающие авторы могут смотреть с надеждой в будущее, когда делают первый малобюджетный фильм. Если же это крупнобюджетный фильм, ну тут да, наверное, всё-таки, надо попробовать кино, хотя опять же, как я сказал ранее, мне кажется, что русский зритель вообще не любит русское кино и не жаждет его смотреть на большом экране. Я фанат онлайн-платформ, фанат интернета, я никогда не был большим фанатом больших экранов, мне кажется, что хорошее кино можно разглядеть и на телефоне. Я уверен, что моего любимого Вудди Аллена не важно, где смотреть, он выпускает каждый год кино, его можно залить все на телефон и смотреть нон-стоп, и впечатление не потеряется.

Российский зритель, к сожалению, не любит не только наше артовое кино, но и западное. Может, в Питере, в Екатеринбурге, есть еще некая прослойка людей, молодежи, которая любит и внимательно изучает фестивальное кино, ценит это кино, у них просыпается желание посмотреть его на большом экране, хотя бы попробовать. Но в целом в регионах, даже когда выходит какой-нибудь победитель Каннского фестиваля «Паразиты», в залах сидят по 2-3 человека. Да плевать им, что это Каннский кинофестиваль, смотрят — какие-то китайцы-корейцы-японцы, какая разница… И идут на фильм типа «Спасателей», где девки с большой грудью. Но за это тоже нельзя винить людей.

Кино для огромного количества россиян — это семейный поход. Люди приходят не на конкретный фильм. Они приходят в субботу-воскресенье отдохнуть вместе с детьми, раз в неделю съесть какой-нибудь там гамбургер и нагетсы, выпить литр пепси или колы, а потом сходить на какое-то кино. Я сам постоянно вижу эти семьи, которые стоят и смотрят, на что бы пойти через 5, 10, через 15 минут. Они не знают, что это за фильм, они даже трейлеры-то особо не смотрят, они выбирают по названию. Кстати, про «Спасателей» у меня есть любимая история, когда стоял огромный мужчина, огромная мама и два таких же огромных ребёнка. Ну такие, знаете, их обычно как американцев показывают, с попкорном, всё как надо. И вот они решали, на что пойти, и мама хотела на какую-то российскую мелодраму, она даже не знала, что это российская мелодрама, она спросила: «А чё за фильм?», — он ей ответил, что это российская мелодрама. А мужик её толкает и говорит: «А пойдём на «Спасателей Малибу!», она ему отвечает: «Да знаю я твоих «Спасателей Малибу». И в итоге они пошли третий какой-то фильм, я уже не помню сейчас, что это было. Я чётко ощущал, что они выйдут не особо впечатленные, то есть они не выйдут одухотворённые, измененные, как Андрей Петрович Звягинцев всё надеется, ждет, что люди должны из кино выходить такими. Они просто что-то посмотрят, они отдохнут. И кто мы такие, чтобы запрещать людям отдыхать? Просто не надо строить иллюзий, что мы, кинодеятели, оставляем след в истории, какие-то отпечатки в душах зрителей – да нет, чаще всего ничего мы не оставляем, и дело даже не только в наших сложных или посредственных фильмах, просто людям это не нужно. Людям в душе не хватает какой-то паузы, паузы для отдыха, и они её заполняют не важно чем.

Открыть долгий ящик

Работа режиссера заключается не в том, что ты 365 дней в году на площадке или занимаешься фильмом, чаще всего ты занимаешься этим треть года, остальное время года ты, как дурак, сидишь на диване, смотришь в стену и думаешь, предполагаешь, размышляешь о каких-то нюансах своих персонажей. Я много гуляю и просто смотрю, наблюдаю и слушаю. Для меня это часть моей работы, моей профессии, потому что всё своё кино я пишу сам, а всё, что я пишу, чаще всего основано на реальных разговорах, на реальных случаях. Те истории, которые я сегодня уже рассказал, наверняка когда-нибудь войдут в какой-то фильм. Соответственно я даже не могу понять, что же я делаю в свободное время. Читал я всегда много, я не езжу на машине принципиально, я езжу на метро, а в метро я всегда тратил время на чтение.

Так как я сейчас делаю первую свои экранизацию, как жанр, как формат кино, то я и сосредоточился на экранизации, то есть я вначале читал, а потом пересматривал. Я с удовольствием перечитал «Зелёную милю» Кинга, это, конечно, один из лучших его романов и очень хорошая экранизация, точная, без всяких авторских выкидонов, как делал Кубрик с «Сиянием». Всё четко по тексту, и так как роман очень качественный и хороший, очень кинематографичный, то я получил и удовольствие, и пользу для себя. Я стал понимать, как можно и нужно экранизировать. Сейчас я как раз иду прямо по этому пути, когда создаю на основе повести новый мир и новый фильм. Наверное, это и есть самое главное, что я смог за два месяца сделать – найти время, чтобы изучить, как делать экранизации.

Я умудрился пересмотреть за это время все десять сезонов сериала «Друзья», и я могу сказать, что это не зря потраченное время. Я отдельно изучаю жанр комедии, уже года два смотрю всю классику, пересмотрел «Монти Пайтон», «Шоу Фрая и Лори», весь британский ситком, и вот американский стал пересматривать. Юмор не устарел, авторы работали очень круто, ровно, так что и спустя 20-30 лет это все еще очень круто.

Еще года 3-4 назад я смотрел примерно 15-20 сериалов. Сейчас я смотрю, кажется, очень и очень мало. Какие-то новинки у меня лежат, которые надо посмотреть, а из старых, которые многосезонные, драматические, крутые сериалы – всё бросил. Просто устал, если честно, от горизонтальных драматических американских сериалов, потому, что чаще всего они повторяют друг друга уже и всё там понятно.

Я всегда советую смотреть «Трудности перевода» Софии Коппола, это не шедевр мирового кинематографа, хотя и получил абсолютно оправданный Оскар за киносценарий. Это кино очень хорошо подходит для нынешнего времени, потому что главная героиня Скарлет Йохансен тоже пребывает в определенной самоизоляции. Она заперта в отеле в Токио одна, и то настроение, которое София Коппола передала в этом фильме, настроение надежды, настроение того, что одиночество – вынужденное и не вынужденное, тотальное одиночество, которым мы все плюс минус больны, оно излечимо, если просто сдвинуть ракурс, сдвинуть взгляд немножко в другую сторону, по-другому посмотреть на свою жизнь. Из нашего – вечный и любимый фильм «Осенний марафон» Данелии. Мне кажется, это кино очень хорошо подойдёт для тех мужчин, которые устали от своих жен и семьи за время карантина, потому что интересно и важно посмотреть на себя якобы крутого, но в душе очень слабого и трусливого, который не может говорить честно не только со своей женой, которая осточертела, но и с самим собой.

Из сериалов я стандартно рекомендую лучший драматический сериал всех времен и народов, сериал «Лефтоверс» («Оставленные»), это три сезона абсолютного катарсиса, который начинается как фантастика, когда по сюжету 2% населения планеты вдруг в одну секунду исчезли. Это абсолютное произведение искусства, через которое, если погрузиться, то можно даже очиститься. Там прекраснейшая музыка Макса Рихтера, в общем, если вы погрузитесь, то вы не просто проведете время, а прикоснетесь к чему-то выдающемуся и прекрасному.

Посмотрите один из лучших фильмов Бориса Хлебникова «Свободное плавание», я тоже всегда рекламирую его, как минимум вы узнаете, кто такие дятлы дорог. Там прекрасный и вечно молодой Саша Яценко. Вообще просто позитивное и очень доброе кино. Ну и, наконец, любителям жанрового кино я бы предложил пересмотреть в пятисотый раз фильм «Терминатор 2» и в очередной раз понять, что это совершенно не фантастика, не робот и не терминатор, это не боевик вообще. Это прекрасная история о семье, о том, как ребёнку нужен отец. Ну и «I'll be back», слёзы и прочее, и прочее… Я бы еще посоветовал фильм «Чужой», раз уж мы про фантастику, я потрясен фильмом «Чужой» уже на протяжении 30 лет, но, как говорят молодые, по графону он потрясающе актуален до сих пор. Мы тратим огромнейшие деньги на спецэффекты для наших российских фильмов, для западных фильмов, а они сорок лет назад делали то, что смотрится сейчас абсолютно естественно, круто и совершенно.

Другие новости

Интервью

Павел Чиков: «Имеем право даже на распространение слухов и сплетен»

Павел Чиков: «Имеем право даже  на распространение слухов и сплетен»
Юрист, руководитель Международной правовой группы «Агора» Павел Чиков в онлайн-цикле бесед Ельцин Центра «Мир после пандемии» оценивает действия властей по введению ограничений, прогнозирует влияние полученного опыта на развитие гражданского общества в России и мире и развенчивает миф о скором царстве искусственного интеллекта.
26 июня 2020 г.
Интервью

Илья Лагутенко: «V-ROX на карантине»

Илья Лагутенко: «V-ROX на карантине»
V-ROX – самый восточный музыкальный фестиваль в России, который проходит во Владивостоке с 2013 года. За это время фестиваль открыл множество новых имён и познакомил зрителей с музыкантами из Азии, Америки и Европы, которые никогда не были в России и вряд ли приехали, если бы не приглашение на V-ROX. В этом году фестиваль впервые прошёл онлайн в официальном сообществе V-ROX во «ВКонтакте».
23 июня 2020 г.
История

«Я смотрю на фотокарточку»: семейные истории в истории страны

«Я смотрю на фотокарточку»: семейные истории в истории страны
В День памяти и скорби 22 июня юные историки – участники проекта «Я смотрю на фотокарточку» – представят свои сайты памяти, посвящённые родственникам – участникам Великой Отечественной войны.
22 июня 2020 г.

Льготные категории посетителей

Льготные билеты можно приобрести только в кассах Ельцин Центра. Льготы распространяются только на посещение экспозиции Музея и Арт-галереи. Все остальные услуги платные, в соответствии с прайс-листом.
Для использования права на льготное посещение музея представитель льготной категории обязан предъявить документ, подтверждающий право на использование льготы.

Оставить заявку

Это мероприятие мы можем провести в удобное для вас время. Пожалуйста, оставьте свои контакты, и мы свяжемся с вами.
Спасибо, заявка на экскурсию «Другая жизнь президента» принята. Мы скоро свяжемся с вами.