Виктор Ерофеев: «Сейчас важна тема человеческой природы»

17 ноября 2018 г.Анна Матюхина
Виктор Ерофеев: «Сейчас важна тема человеческой природы»
Виктор Ерофеев: «Людям вновь стали интересны вопросы искусства, культуры. Нужно искать ту антенну, которая связывает с абсолютными ценностями».

В Президентском центре Б.Н. Ельцина, в книжном магазине «Пиотровский» 29 октября прошла презентация новинки известного российского писателя Виктора Ерофеева «Розовая мышь». Перед презентацией Виктор Ерофеев осмотрел Музей Бориса Ельцина, где, к слову, размещена большая черно-белая фотография, на которой запечатлены участники знаменитого самиздатовского альманаха «Метрополь».

«Метрополь» – сборник текстов, над созданием которого работали такие известные литераторы, как Василий Аксенов, Виктор Ерофеев, Белла Ахмадулина, Владимир Высоцкий, Андрей Вознесенский, Евгений Рейн, Юрий Карабчиевский, Юз Алешковский, Борис Мессерер и немногие, но для советской литературы другие.

– Видите, это Мессерер, Вознесенский со своей женой. Теперь это уже история, – сказал Виктор Ерофеев во время экскурсии в Музее Бориса Ельцина, вглядевшись в редкую фотографию участников «Метрополя». – Кстати, в будущем году «Метрополю» исполнится сорок лет.

Особое внимание Ерофеев обратил на такой примечательный экспонат Музея Бориса Ельцина как российский флаг, поднятый над Кремлем 25 декабря 1991 года.

– Ко мне тогда приехала моя американская издательница, в Дом на Набережной, я начал работать с ней, и мы увидели, как вечером советский флаг уходит, а российский поднимается, – поделился воспоминаниями Виктор Ерофеев.

Ерофеев – без преувеличения, человек поступка. Посудите сами: сын советского дипломата Владимира Ивановича Ерофеева, личного переводчика Иосифа Сталина, помощника Вячеслава Молотова, советника посольства СССР во Франции, чрезвычайного и полномочного посла СССР в Сенегале и в Гамбии, в «застойном» 1979 году бросил литературный вызов. В виде самиздатовского и неподцензурного альманаха «Метрополь», собравшего лучшие имена «альтернативной» и совсем неофициальной словесности. Именно «Метрополь» сделал Ерофеева писателем и независимой личностью.

Виктор Ерофеев реализовался не только как писатель, но и как автор умной и интеллигентной программы «Апокриф», более десяти лет выходившей на телеканале «Культура», телепередачи, поднимавшей сложные вопросы, которые нечасто обсуждаются на телевидении, – философские, литературные, ментальные.

Отчасти творчество Виктора Ерофеева созвучно именно слову «свобода», изображенному на картине художника Эрика Булатова в Музее Бориса Ельцина. Но если Булатов, подобно Сальвадору Дали, запечатлевал в своих работах яркие и эпатажные образы в сфере живописи, то Ерофеев бросал вызов застойному, закостенелому и слишком предсказуемому социуму в области слова.

Самиздатовский «Метрополь», собравший самые звонкие и самые свободные литературные имена в 1979-м, стал своего рода перчаткой, брошенной однообразной и такой предсказуемой советской прозе. Потом вышли «Жизнь с идиотом» (1980), «Русская красавица» (1982), «Энциклопедия русской души» (1999), «Хороший Сталин» (2004), «Акимуды» (2012), «Розовая мышь» (2017) и другие особенные «ерофеевские» книги, которые ни с какими не спутаешь, книги, ставшие бестселлерами, как в России, так и за рубежом.

Свежеиспеченная «Розовая мышь» – своего рода антиутопия, написанная от лица ребенка, который смотрит на этот мир широко открытыми глазами человека, как будто «зависшего» между двумя мирами: нежного, ранимого и чуткого детства – и такой предсказуемой и порою абсурдной взрослости, и вникает в ту суть вещей, которая взрослым неподвластна. «Взрослые не хотят, чтобы мы знали все, как есть на самом деле», – цитата из «Розовой мыши». В «Розовой мыши» мышка-игрушка, работающая благодаря батарейкам, – лучший друг героини и, можно сказать, живее всех живых, то бишь взрослых. Она умеет дружить, она умная и самостоятельная, да и вообще гораздо толковее людей. Она немного Карлсон, немного фея из сказки про Золушку. Игрушка, которая добрее, умнее и душевнее человека, – по сути, приговор циничной и бездушной эпохе потребления.

Главная героиня романа, девочка Маруся Менделеева, попадает в абсурдный и апокалиптический сказочный мир Царь-Дна (не путать с горьковским «На дне»), где ей приходится решать вполне взрослые вопросы. Так, ставшую принцессой Марусю донимают многочисленными доносами. «Попугаи жаловались на летающих мышекотов, которые грубо толкали их в воздухе, придворные – на слуг, слуги – на злых псов и голодающих щенков». А еще в книге Советский Союз существует одновременно с динозаврами, и со всем этим соседствуют Клоп, Огненная Лиса, Злой Гусь, мышекоты и котомыши, принцы и принцессы, а главное, затягивает в трясину абсурда мистическое Царь-Дно, – все это «Розовая мышь», недетская сказка.

Встреча Ерофеева с читателями, прошедшая в книжном магазине «Пиотровский», была посвящена презентациям сразу двух новинок писателя – изысканной «Розовой мыши» и философичной «Щели».

О преодолении энтропии, Царь-Дне и Бенкендорфе

– На Франкфуртской книжной ярмарке меня спросили: Ерофеев, а что такое культура? – рассказал во время книжной встречи Виктор Ерофеев. – Культура – это борьба с энтропией, хаосом, распадом, разложением. Энтропия везде – материальная, душевная, духовная, любовная. Литература – важная форма борьбы с хаосом. Чтобы бороться с хаосом, нужно самому видоизменяться, иначе хаос тебя затянет. Однажды мне пришла в голову книга, непохожая на все, что я делал раньше. Это «Розовая мышь». Она неплохо идет во Франции, в Польше и на Украине, ее собираются издавать в Китае. Да, мне захотелось написать взрослую книгу от лица 11-летней девочки. При этом это взрослая книга, где мало вещей, про которых можно сказать, что такое детям читать не нужно. В 11 лет, это возраст главной героини, из ее жизни уходит тема Алисы – и приходит тема Лолиты. Героиня находится на границе, где она чувствует то, что было, и то, что будет. Это книга о смерти детства. То, что казалось нужным и важным, отгорело. Я окунул эту девочку в богатую и счастливую современную русскую семью, которая в один момент превращается в хаос. Это дорожная книга самой жизни, описание того, что такое красота, тема превращения красоты в уродство и обратно. Там же есть тема предательства, тема целой Империи Дна, которое реализуется как метафора места, где все происходит. Каждый человек принадлежит времени, а не вечности. Да, девочка Маруся написала книгу. Но на самом деле, книгу написала Розовая Мышь, маленькая девочка бы этого сделать не смогла. «Розовая мышь» не похожа на «Русскую красавицу» и «Жизнь с идиотом».

Надо сказать, «Розовая Мышь» в этом году получила премию Гоголя по литературе, а Гоголь – мой любимый писатель. Моя новая книга «Щель» тоже вышла недавно, она отдает дань уважения моим любимым писателям и философам. Я создавал ее сорок лет. Хотелось собрать все эссе – о Набокове, Бродском, Рембо, Добычине, Прусте, Шестове, Лосеве. «Щель» – это символ того, что у людей нет цельного сознания. Все мы знаем Тютчева и Достоевского, но дотронуться до этого, ощутить это – важно. Обложки же моих книг сделал мой сын.

Во время встречи читатели расспрашивали Ерофеева о книгах и о том, что сегодня особенно волнует.

– Вы создавали альманах «Метрополь». Бывает ли, что вы перечитываете свой текст глазами цензора, своего рода, современного Бенкендорфа, если учесть ваш опыт «Метрополя», который «аукнулся» его участникам?

– Бенкендорф – славный русский генерал 1812 года, которого поставили на его должность за то, что он был бескорыстный и честный, – ответил Виктор Ерофеев. – Он был одним из самых умных людей своей эпохи. Вообще мне кажется, что писатель должен быть свободным. Потому что одно дело – прорываться к свободе, а другое – жить в ней. В качестве примера могу привести историю с «Русской красавицей». Скандал с книгой был дикий. На нее написали двести рецензий, и все двести были негативными. Писали, что книга – якобы оскорбление русской культуры, порнография, плевок в женщину. Писали вещи, которые казались мне безумными. Однако в тот же год книга вышла на 14 языках в разных странах мира. Я приехал в Голландию – и там она была бестселлером №1, продавалась лучше других книг. Также хочу отметить, что моя новая книга «Розовая Мышь» не пародия, а Империя-Дна – это не мы.

– Вы пишете для «Сноба», «GQ», «Огонька». Что для вас значит малая форма?

– Для «Сноба» и «Огонька» пишу постоянно, также есть передача «Особое мнение» на «Эхо Москвы». Вообще писатель – очень одинокая профессия. Ему нужно иногда выходить на контакт, чувствовать, как на него реагируют. Писатель – человек, который изучает тему человеческой природы, хочет понять ее совершенство и несовершенство. К слову о человеческой природе и ее возможностях: появился проект олимпиады для школьников «Кандидат в университет» МГИМО, его презентация для педагогов прошла в Ельцин Центре, и он обращен к молодым людям, которые могут поступить в МГИМО и учиться там бесплатно. Проект интересный, если бы он не был таковым, я бы им не заинтересовался. Вообще же я хочу, чтобы утечка мозгов прекратилась, чтобы у России было будущее, интеллектуальные силы, которые дали бы стране развитие. Это моя гражданская позиция и писательская.

– Вы исследуете образ современной русской женщины. Ближе ли она к Западу или к Востоку?

– Знаете, о женщинах писать интереснее, чем о мужчинах. Женщины метафизичнее и загадочнее, разгадывать их можно бесконечно. Мужчины – более ясные, а вот женщины содержат загадку природы. Конечно, о мужчинах писать интересно, но однажды ты впадаешь в социологию, и тебя неизбежно выносит в общественную сферу, особенно если речь о состоявшихся мужчинах. При этом, конечно, я не выступаю против мужчин, я говорю о литературе.

– Современная русская женщина – феминистка?

– Нет, когда русская женщина станет феминистской, она перестанет быть русской. Да, она сильная по своему характеру, умеет быть разной и многогранной. Ты невольно пишешь о любви, хотя в жизни более весомое значение имеют власть, воля к успеху. Вообще же исследование любовной линии дает больше, чем воля к власти.

Виктор Ерофеев дал интервью для сайта Президентского центра Б.Н. Ельцина.

О «последних из могикан» «Метрополя», «бульдозерной» выставке в литературе и свободе

– Альманах «Метрополь» был своего рода попыткой привнести свежий воздух в советскую действительность, вызовом цензуре?

– У «Метрополя» было несколько «этажей», – рассказал Виктор Ерофеев. – Первый и главный «этаж» был самый простой – этаж прорыва. Художники в 1974 году сумели именно прорваться. Прошла «Бульдозерная» выставка, которую власть раздавила, потом была осенняя выставка в Измайлово, затем – выставка в павильоне ВДНХ. И я подумал, что сделаю «бульдозерную» выставку в литературе, которая приведет ее к относительному освобождению. И эта литературная выставка состоялась, потому что нас раздавили. И было понятно, что монополия на рисунок и на картинку не так важна для государства, как монополия на слово. В русском языке слово чудесно, а русское чудо словесно, и все переплетено. Если ты убираешь руку с пульса слова, то теряешь власть.

– Как «Метрополь» повлиял на жизнь вашей семьи?

– Мой отец потерял работу, пост советского посла в Вене. А мы потом восемь лет находились в черной дыре, и абсолютно бесперспективно – если бы не Горбачев и не Перестройка. Моя книга «Русская красавица» – рассказ и о «Метрополе» тоже. Героиня проходит через испытания, через которые я сам проходил, так что Русская красавица – это я. Как Флобер говорил, что госпожа Бовари – это он.

– Как ваши родители отнеслись к «Метрополю», было ли осуждение, вопросы, зачем вы это сделали?

– Когда папе исполнилось 90 лет, и у него было последнее интервью в жизни, он сказал: «Виктор обогнал свое время». Он понимал, что я сделал очень важную историческую вещь. Он меня не осуждал, ни разу не сказал что-то, связанное с обидой, недовольством. Конечно, он уникальный человек, человек-подвиг. Мама да, немного обижалась. Произошла почти библейская жертва. И когда папа все потерял, я понял, что мне нужно срочно становиться хорошим писателем. Потому что, если бы он потерял все из-за плохого писателя, это было бы нехорошо.

– Вы жалели когда-либо о своем участии в «Метрополе»?

– Нет, это как у Ивана-дурака, когда он с Сивкой-буркой в разные чаны ныряет. Я из «Метрополя» другим человеком вышел. И до сих пор таким остаюсь. Редакторов альманаха было четверо – Аксенов, Битов, я и Попов, потом Искандер к нам присоединился. Согласитесь, такого редакторского коллектива ни в одном журнале не было. Ни в советском, ни в досоветском. Я был дружен со всеми его участниками, и с Поповым, и с Битовым, и с Аксеновым.

– С Василием Павловичем Аксеновым как вы познакомились?

– Познакомились в квартире у Евтушенко, который прочел мою курсовую работу, посвященную неологизмам Хлебникова. Помню, раздался звонок, и в квартиру вошли Аксенов и Бродский. Оба были красавцы, Бродскому было лет 25, и он был рыжий, Аксенов же – плотный, внушительный, «боксер». Аксенов протянул мне руку и сказал: «Вася». Бродский тоже протянул и сказал: «Иосиф». А Евтушенко взял меня за плечи и представил: «А это гениальный исследователь Хлебникова».

– В творческом отношении Аксенов вам что-то дал, или вы творили параллельно?

– Аксенов был старше меня лет на 10–15. Он привнес ощущение свободы и легкости, отсюда и название его романа «Звездный билет». Ощущение того, что у тебя билет звезды, и что ты будешь царить в творчестве.

– Что двигало участниками «Метрополя», когда они вошли в альманах?

– Свобода, поэтому и фотография наша здесь, в Ельцин Центре.

– Что вы от свободы ждали и что получили?

– Свобода – это когда ты ничем не связан и можешь искать в литературе то, что тебе дано. Когда нет свободы, ты борешься с цензурой, что-то теряешь, прежде всего ту самую связь с высшими силами, которые дали тебе твой дар. А когда ты свободен, то пишешь так, как можешь… «Русская красавица» была создана в разгар битвы за «Метрополь». Мы же дрались какое-то время и не думали, что погибнем. «Метрополь» появился в 1979-м, а в 1980-м я написал «Русскую красавицу». «Русская красавица» родилась как книга свободного человека.

Писатель Виктор Ерофеев в Музее Ельцина

Видео: Александр Поляков

О русской душе

– Русская душа разная. Есть русская душа, которая сформировалась под воздействием русской культуры, близкая к Европе, как у Тургенева, а есть русская душа восточная, жестокая, связанная с русской государственностью. Я бы сказал, что русская душа расколотая, отсюда тема «щели», разлома. Но и та, и другая душа – основа литературы, потому что самое интересное – попытаться понять, где и как проявляет себя человеческая природа.

– Русская душа ближе к Западу или к Востоку?

– Душа русского человека – гибридная, есть в ней западные черты, а есть восточные. Душа русского человека индивидуальна, в одних русских людях выше процент восточного, а в других западного. Поэтому русские очень разобщены, ведь в каждом своя пропорция.

– Вы часто бываете в Европе – чего больше в вашей душе?

– В «Русской красавице» фигурируют две девушки, Ирина и Ксюша. Ирина – совершенно русская девушка, воплощение самобытной России, а Ксюша – европейская русская девушка. Во мне есть и то, и другое. Когда я нахожусь в Европе, то чувствую себя русским, а в России – больше европейцем.

– Как ваше детство в Париже повлияло на ваше самоощущение?

– Я об этом много думал. Вокруг было много советских детей, и ни на кого детство в Париже не повлияло. Не припомню ни одного человека, который бы из этой «посольской теплицы» в люди вышел. Дело не в парижских днях, а в том, что именно я решил взять с собой в жизнь.

Про «Хорошего Сталина»

– Ваш отец был переводчиком Сталина, то есть входил в его круг доверия. Вы – автор книги с провокационным названием «Хороший Сталин». Для вас и вашей семьи кем эта фигура являлась?

– «Хороший Сталин» имеет детское звучание. Мои родители не были фанатиками Сталина. Отчасти «хорошим сталиным» был мой отец. Вообще семья строится на сталинских принципах: хозяин семьи, отец, кормит семью – и он же одновременно тиран. Это в книге есть. «Хороший Сталин» – субъективно к моему детству и объективно по отношению к семье. Отец все больше узнавал о репрессиях. После смерти Сталина папа сказал, что еще две недели – и он пошел бы под нож. Молотова тогда уже считали американским шпионом, а папа был его помощником.

Апокриф об «Апокрифе»

– Долгое время на телеканале «Культура» выходила программа «Апокриф». Это была передача, рассчитанная на мыслящих людей, многие ее и сегодня пересматривают. Что она значила в вашей творческой жизни?

– Программа существовала 11 лет, это большой срок для телепроекта. Благодаря этой передаче возникла возможность рассмотреть, как драгоценный камень, человеческие ценности, которые у нас есть. И она тем была интересна, что подробно их изучала. Сейчас они накрыты пропагандистским оптимизмом, но если мы их не разглядим, то получим разобщенное общество.

Российский писатель – между Толстым и электричкой

– В чем заключается миссия современного российского писателя – писать легкое чтиво для электрички, как порой настаивают издатели, – или просвещать?

– Ни на кого не нужно обращать внимания – ни на электричку, ни на Толстого. Если серьезно, то сейчас важна тема человеческой природы. Все политические, социальные темы напоминают расшатавшийся зуб. Людям вновь стали интересны вопросы искусства, культуры. Нужно искать ту антенну, которая связывает с абсолютными ценностями.

– Что для людей является ценностями? Стала ли Россия обществом потребления? И какие ценности людям нужны?

– Это огромный вопрос. Самое главное – искать ценности, и понимать, что человек делает в связи с тем, что они есть. Произошли два кризиса, когда ценности рухнули, в 1917 году и в 1991-м, и сейчас их нужно собирать. Сегодня одни ценности пришли от родителей, другие от школы, третьи из книг и из телевидения. Многие ценности не сформировались, а расформировались. Программа «Апокриф» отличалась тем, что всерьез говорила о ценностях, когда о них не рассуждал никто.

– Ощущается ли, с вашей точки зрения, сегодня поляризация общества?

– В каждой стране есть поляризация, и нет страны, в которой бы все думали одинаково. Другое дело, что уровень агрессивности порой зашкаливает, и любая дискуссия переходит в крик и драку.

– Взаимную нетерпимость.

– Это правда.

– Как образ Розовой мыши стал книжным названием? В этом есть и гофмановские мотивы, которые стали классикой.

– Розовая мышь – это сгусток творческой энергии. Классикой же веет от всего. Забавно, что игрушка превратилась в символ творчества. Я этого не хотел. Если развязать мешочек слов и выпустить их наружу, так и получается. Образа Розовой мыши не было много месяцев, пока я писал книгу. Скоро же она выйдет в аудиоверсии, которую записала актриса Гоголь-центра.

Российская история – «горячая сковородка»

– Музей Бориса Ельцина – это один из лучших персональных музеев, которые я видел в жизни, здесь чувствуется воля к правде, – рассказал Виктор Ерофеев после посещения Музея Бориса Ельцина. – Другие музеи построены по эстетическому, историческому типу, а здесь, поскольку российская история – «горячая сковородка», то воля к правде проходит через пласты борьбы. Здесь понимаешь, что русская история совершенно уникальная вещь, что она экзистенциально свидетельствует о человеческом бытии. Западная история и бытие прикрывает человеческое несовершенство, а русская – «черт те что» рисует. И я нахожусь под сильным впечатлением.

Другие новости

Кино

Мастер мокьюментари Михаил Местецкий

Мастер мокьюментари Михаил Местецкий
В Ельцин Центре 5 сентября прошла первая встреча второго сезона образовательной программы «Отечественная история в кинематографических свидетельствах: правда, постправда, ложь». Открыл сезон российский мастер Михаил Местецкий: режиссер «Тряпичного союза», «Незначительных подробностей случайного эпизода», сценарист «Легенды №17», «Хорошего мальчика» и идейный вдохновитель музыкального бэнда «Шкловский».
11 сентября 2019 г.
Книги

«Революция» Эмманюэля Макрона дошла до Москвы

«Революция» Эмманюэля Макрона дошла до Москвы
На днях из печати вышла (в русском переводе) книга французского президента Эманнюэля Макрона «Революция». Книгу выпустило издательство МГУ, тираж – две тысячи. У русского издания – особая, не простая судьба, это проект. В его реализации принял участие и Президентский центр Б.Н. Ельцина.
11 сентября 2019 г.
Дети

День знаний в Ельцин Центре

День знаний в Ельцин Центре
В Ельцин Центре 2 сентября отметили День знаний. Школьников от 7 до 17 лет знакомили с современными профессиями, а в зале Свободы старшеклассники состязались в знании новейшей истории страны.
7 сентября 2019 г.

Льготные категории посетителей

Льготные билеты можно приобрести только в кассах Ельцин Центра. Льготы распространяются только на посещение экспозиции Музея и Арт-галереи. Все остальные услуги платные, в соответствии с прайс-листом.
Для использования права на льготное посещение музея представитель льготной категории обязан предъявить документ, подтверждающий право на использование льготы.

Оставить заявку

Это мероприятие мы можем провести в удобное для вас время. Пожалуйста, оставьте свои контакты, и мы свяжемся с вами.
Спасибо, заявка на экскурсию «Другая жизнь президента» принята. Мы скоро свяжемся с вами.