Благодаря совместным усилиям Президентского центра Б.Н. Ельцина, Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека, Государственного архива Российской Федерации, Российского государственного архива социально-политической истории и издательства РОССПЭН с 5 по 7 декабря в Российском государственном архиве социально-политической истории (РГАСПИ) в Москве прошла Х Международная научная конференция «Уроки Октября и практики советской системы. 1920–1950-е годы».

Конференция стала уникальным творческим полигоном, на котором историки попытались дать оценку тому, что произошло в 1917 году, а также тому, к каким последствиям привел Октябрьский переворот, к которому одни члены российского общества относятся с мистическим ужасом – как к итогу невидимому глазу заговора, другие видят в нем кровавую трагедию, а третьи – полезный урок для всего человечества.

Одна из прозвучавших на конференции точек зрения: Октябрьская революция была прежде всего революцией аграрной, неизбежным результатом демографического бума, информационного взрыва, усиленной миграции и ряда других естественных процессов, которые были характерны как для России, так и для Европы в XIX–XX веках. По мнению исследователей, городскую революцию февраля 1917-го захлестнула крестьянская революция октября 1917 года. Кроме того, вернувшиеся с полей сражений Первой мировой войны солдаты попросту устали воевать и настоятельно требовали земли. Еще один исторический подход: в 1917 году большевики восстановили на новом витке Российскую империю, причем Сталин стал в ней «красным монархом». А вот, к примеру, находящаяся под влиянием европейских веяний вильнюсская интеллигенция, согласно исследованиям историков, считала большевизм версией тоталитаризма, сочетающего европейскую мысль и русский характер, которому присущи максимализм, склонность к мессианству и попыткам улучшить мир. И это далеко не все ракурсы видения Октябрьской революции, которые выделялись на конференции, что не удивительно, поскольку истина не монохромна, это, скорее, радуга, играющая разными красками.

Стоит отметить, что конференция вовлекла в свою орбиту как историков, чьи взгляды сформировались в эпоху СССР, так и тех, кто взялись «докапываться» до истины уже в 90-е и совсем недавно, в «нулевые» и «десятые». Да и съехались участники конференции не только со всех концов бывшего Советского Союза, но и с разных концов земли, как будто иллюстрируя тот факт, что загадочная революция 1917-го года была, по большому счету, одной из самых смелых попыток …глобализации и распространения почти что ницшеанской веры в безграничность человеческих возможностей, сначала на территории одной шестой части суши, а затем и по всему миру.

Историк Олег Хлевнюк

Фото Елены Копыловой

Уроки Октября «окна роста» для большой истории

– Конференция – это собрание специалистов, которые сверяют «научные часы», – рассказал в интервью для сайта Президентского центра Бориса Ельцина известный историк, автор монографии «Сталин. Жизнь одного вождя» Олег Хлевнюк. – Она позволяет привлечь большое количество ученых, всерьез занимающихся историей. Конференция имеет большое социальное значение, о ней знают, следят за выходом трудов по ее итогам. Сегодня человеку, который захочет узнать об эпохе, можно посоветовать ту или иную книгу из цикла «История сталинизма», которая поможет ему разобраться в вопросе. Работы из этого цикла качественные, среди них нет ненаучных трудов. Поэтому и издательский проект, и конференция – важные события в научной жизни, которые уравновешивают волну воинствующего исторического невежества и нетерпимости. Пропагандистских докладов на конференции точно нет.

– Сталинизм – одна из самых важных глав ХХ века, – поделился впечатлениями профессор истории Делавэрского университета Дэвид Ширер (США). – Если человек хочет понять современный мир и современную историю, ему нужно осознать, что такое сталинизм. Вообще Октябрьская революция и исторический эксперимент, который прошел в Советском Союзе, – главные события ХХ века. Сегодня очень многие рассуждают о Сталине, но это в большей степени имеет отношение к политике, чем к истории. Объективная история далека от политики. На конференциях из цикла «История сталинизма» ведется умный разговор о прошлом, поэтому они, действительно, интересны и нужны.

– Конференция очень хорошая, – отметил профессор Вятского государственного университета Виктор Бердинских (Киров). – Такого рода мероприятия – отдушина для историков, которые с успехом начали в 90-е годы, как российские Колумбы, разрабатывать новые темы и проблематику. Вопросов на конференциях всегда поднимается много, каждый выступающий говорит все, что думает… Время моей молодости пришлось на 90-е. Эти годы были ярким временем, когда возникали трудности – и в то же время появлялись возможности для интересной, свободной, живой самореализации. Та эпоха не могла мне не нравиться – я тогда реализовался. Вообще Борису Ельцину нужно поставить памятник, потому что он изменил формацию, и, образно говоря, снял путы, которые мешали России.

– Все доклады, которые я услышал на конференции, интересные, полезные и сделаны на высоком уровне, – сказал старший научный сотрудник Гуманитарного института Таллинского университета Магнус Ильмярв (Эстония). – На конференции рождаются новые смыслы. Для эстонских историков важно встречаться с историками российскими, ценна возможность обсудить серьезные вопросы в академической атмосфере.

– Я рада побывать на таком престижном мероприятии, в котором участвуют специалисты со всего мира, – дополнила старший научный сотрудник отдела истории ХХ века Института истории Литвы Раса Чепайтене (Литва). – Конференция – это книги, дискуссии и новые идеи. Кроме того, все конференции из цикла «История сталинизма» очень хорошо организованы. И еще, мне довелось побывать в Екатеринбурге в Ельцин Центре. Мне понравилась концепция Музея Б.Н. Ельцина. Запомнились залы, особенное впечатление произвело то, как показан момент распада Советского Союза – проведенная на полу черта, которая символизирует этот судьбоносный момент.

Старший преподаватель европейских исследований Университета Лунда Томас Сниегон (Швеция) отметил, что ему особенно интересно изучение того, как последствия Октябрьской революции отражаются на сегодняшнем дне. Для углубления понимания участник конференции посетил Екатеринбург, мемориал жертв сталинских репрессий на 12-м километре, музеи и Ельцин Центр. Сниегон выразил сожаление, что не только в региональных, но и в столичных музеях не так много экспонатов, рассказывающих о ХХ веке в России, молодежь не очень хорошо представляет себе значение 1917 года, а в мире побеждает культура "Твиттера".

Х Международная научная конференция «Уроки Октября и практики советской системы. 1920–1950-е годы» уникальна не только возможностью свободного высказывания, но и редким шансом поставить ребром те вопросы, на которые пока очень непросто найти ответы не только историкам.

Старые мифы о Сталине – фильтры новой эпохи?

– Тема Конференции очень актуальна, – рассказал в интервью профессор Иркутского национального исследовательского технического университета Марк Меерович (Иркутск). – Конференция – результат огромных усилий Президентского центра Б.Н. Ельцина и РОССПЭНа, которые выпустили 200 углубленных исследований, посвященных данной тематике. Думаю, что наша страна по-прежнему находится под колоссальным ментальным и социально-культурным влиянием ушедшей эпохи. В своем докладе я показал, что концепция соцгорода, которой 80 или 90 лет, концепция соцрасселения, которая является почти ровесницей революции, до сих пор влияют на решения, касающиеся качества среды, типологии застройки и т.д. Необходимо общенациональное развенчание романтизации того периода прошлого, ведь разруха в головах – это самое страшное. И деятельность историков направлена на то, чтобы привести умы в порядок, расставить акценты, определить роль исторических персонажей и тенденций.

– Можно ли говорить о том, что в 90-е все-таки произошла своего рода перезагрузка смыслов?

– В 90-е появились свобода слова и печати, люди получили возможность высказывать мысли, которые скрывались глубоко внутри, потому что было не принято их высказывать. Архивы сделали доступными материалы, которые позволили на основе документов разрушить мифы о Сталине, среди которых, к примеру, миф о том, что репрессии были якобы вынужденной необходимостью. Эти мифы – результат отсутствия планомерной просветительской работы. Ведь человек либо приучен к исследовательской работе на основе исторического материала, либо он открыт для штампов, которые потом начинают отвергать и отражать любую поступающую извне альтернативную информацию, подобно светофильтру.

России и Украине уже не договориться без разговорника?

– Я впервые на конференции, – рассказал член-корреспондент НАН Украины, главный научный сотрудник Института политических и этнонациональных исследований имени И.Ф. Кураса НАН Украины Валерий Солдатенко (Киев). – В этом году в серии книг «История сталинизма» у меня вышел труд «Георгий Пятаков. Оппонент Ленина, соперник Сталина» (РОССПЭН). Герой моего исследования, Георгий Пятаков, не побоялся в свои 24 года вступить в полемику с Лениным по вопросам империализма и возможности победы социализма в отдельно взятой стране, и Ленин всерьез отвечал ему. В 27 лет Пятаков стал секретарем ЦК КП Украины, поднял разрушенный в 1921–1922 годах Донбасс. В итоге Ленин назвал его в числе шести человек, которым он мог бы передать эстафету власти, наряду со Сталиным, Троцким, Каменевым, Зиновьевым, Бухариным.

Валерий Солдатенко также отметил, что на Украине произошел так называемый «ленинопад» – большинство памятников Ленину оказались снесены. Сам Сталин же представляется на Украине или как один из тиранов, который «душил» украинский народ, или, согласно другой точке зрения, как лоббист интересов Украины: по мнению некоторых историков, именно Сталин ратовал за то, чтобы украинцы и белорусы получили западные территории, и именно благодаря Сталину Украина стала одним из учредителей ООН…

Кроме того, разделились мнения украинских историков и в отношении оценки общения с российскими коллегами.

– В 2017 году на Украине вышел «Русско-украинский исторический разговорник», – рассказал Солдатенко. – Историки попытались соединить позиции российских и украинских ученых, восстановить то, что было потеряно в нашем общении. На Украине доминирует точка зрения, что с россиянами невозможно написать общую историю. А я считаю, что, наоборот, это нужно делать, потому что наша история именно общая, и мы должны искать соглашение. Площадку конференции считаю продуктивной для себя, некоторые вещи, которые я здесь услышал, являются для меня открытием.

Среди зарубежных участников тема сталинизма оказалась особенно близка и понятна гостям из Германии, перешагнувшей в ХХ веке, как и Россия, моральный Рубикон и до сих пор до конца не осознавшей, как это с ней могло произойти.

Россия и Германия – товарищи по несчастью?

По мнению научного сотрудника Рурского университета в Бохуме Марка-Стефана Юнге (Германия), репрессии, происходившие в Германии, были более страшными, чем в Советском Союзе, потому что включали уничтожение евреев и этнические чистки.

– Немцы убеждены, что без переосмысления прошлого мы бы не стали сильными. А русские любят говорить о том, сколько хорошего они сделали, но не хотят вспоминать о плохом. Конечно, прежние ошибки не повторятся, но взгляд на настоящее при помощи истории укрепляется. Многие студенты говорят, что история – это скучно, и не понимают, зачем нужно о чем-то помнить. Но нужно учиться думать и переосмысливать проблемы.

– Исторические судьбы России и Германии тесно связаны, можно вспомнить и фактически германскую по своим корням династию Романовых, и те драматичные процессы, которые одновременно происходили в наших странах в ХХ веке, и падение Берлинской стены в 1989-м. После этого события, в 90-е, Россия и Германия сделали шаг навстречу друг другу?

– В 90-е я довольно долго жил в России. Отношения Германии и России в ту пору улучшились, но все-таки в отношениях с Россией тогда доминировали США. Вообще это была сложная эпоха. Русские надеялись, что рыночная экономика все за них решит сама, но это оказалось не так. Нельзя сказать, что тогда следовало развивать плановую бюрократию, и, конечно, Советский Союз нужно было менять, но сложно было понять, как именно…

Уроки Октября – пособие для Европы?

– Я считаю, что проведение таких конференций очень важно для историков, занимающихся одинаковой проблематикой в разных странах, тем более, что после конференции публикуются сборники, а это важно для студентов и преподавателей – при мне гость из одной из стран СНГ приобрел в магазине не один десяток книг РОСПЭНа, так что потребность в этой литературе есть, – подчеркнул в интервью заместитель директора Нордост-института при Гамбургском университете Виктор Деннингхаус. – Большевики думали, что после 1917 года и с развитием социализма национальная проблема исчезнет. Но мы видим, что в 2017 году национальная проблематика становится все более актуальной. Национальный вопрос – вопрос мира и будущего.

Также Виктор Деннингхаус рассказал, что книги об Октябрьской революции продаются сегодня даже на германских вокзалах, потому что многие понимают: 1917 год изменил мир, перевернул прежние представления о нем и задал тенденции всему ХХ столетию. Идеи равенства, справедливости, братства в начале ХХ века были, по словам эксперта, чрезвычайно популярны в Европе, особенно среди участников рабочего движения.

– Какие уроки молодежь глобального мира может извлечь из истории, из периода Большого террора?

– Для запада это большая проблема, история не самый любимый предмет в школах и в университетах. Молодежь прагматична. Для них вопрос нужности истории – как вопрос необходимости духов, которые приятны, но не обязательны. Но, думаю, что любой человек понимает: без корней он станет никем. Молодежь должна жить гордостью не только за свою семью, но и за свою страну.

– Какой опыт могут вынести Россия и Германия из непростого ХХ века, когда наши страны дважды оказывались по разные стороны баррикад в ходе мировых войн?

– ХХ век – исключение, отношения наших стран существовали в течение тысячи лет. Россию и Германию объединяют династические и торговые связи. Не стоит сбрасывать со счетов то, что в Россию привлекали специалистов, инженеров и даже крестьян из Германии. Нельзя забывать также про Немецкую слободу, где Петр I почерпнул многие идеи. Опыт же ХХ века заключается в том, что войны начинаются быстро, они непрогнозируемы, страшны и приводят к огромным жертвам. Для Германии это постыдная страница истории. Дай Бог, чтобы подобное не повторилось в ХХI веке. Думаю, должно проходить больше конференций, дискуссий, таких как цикл «История сталинизма». На этой конференции встречаются ученые, которые никогда бы на одной площадке не оказались.

– Как в Германии относятся к историческому периоду Ельцина и Горбачева?

– Положительно. Это период свободы, демократии, открытости границ. Горбачев очень популярен за рубежом, а Ельцин – фигура, которая для Запада стала символом демократических преобразований.

Все же в наибольшей степени, пожалуй, интересно мнение молодых историков, которые приняли эстафету интереса к науке у предыдущих поколений.

Молодежь XXI века. Историческую память сохранят гаджеты?

– Мне как исследователю интересен период позднего сталинизма, 1945–1953 годы, его трансформация, отголоски сталинской эпохи на примере партийных кадров хрущевской Оттепели и брежневского Застоя, влияние эпохи Сталина на развитие СССР в 50-70-е годы, – рассказал доцент кафедры отечественной истории Ярославского государственного педагогического университета им. К.Д. Ушинского Юрий Никифоров. – Особый интерес представляет региональный аспект, коммуникативные практики регионов и Центра.

В результате исследований Юрий Никифоров пришел к выводу, что период сталинизма значительно повлиял на менталитет россиян, особенно представителей старшего поколения. Также молодой ученый подчеркнул, что историческая память о периоде Большого террора должна сохраняться и передаваться будущим поколениям через выставки, конференции и соцсети. Это, по мнению Никифорова, необходимо для того, чтобы избежать повторения подобных событий.

– Как заинтересовать сложной исторической тематикой молодежь, которая фактически круглосуточно «зависает» в гаджетах?

– Я пять лет работал школьным учителем и убедился: основы ментальности и исторической памяти закладываются в 8–11 классах, так что первое направление работы – школа. Второе – опять-таки соцсети, где нужно в доступной форме излагать подкрепленные цифрами факты, потому что информация должна быть доказательной.

– Что вам дало живое и «внесоцсетевое» общение на конференции?

– Это моя первая международная конференция, которая для меня была очень полезна расширением научных контактов с коллегами, интеграцией в научное сообщество, знакомством с новыми концепциями и фактами. Я очень благодарен Ельцин Центру и Оргкомитету конференции за возможность участия.

– Мне очень понравилось на конференции, – поделилась впечатлениями доцент факультета истории, политологии и права Российского государственного гуманитарного университета Евгения Долгова (Москва). – Она – одна из самых качественных в России, при подготовке производится жесткий отбор докладов. На конференцию попадают труды как молодых исследователей, так и авторитетных ученых. Конференция демократичная, разноплановая, предлагает веер тем и сюжетов. В конференции отсутствуют клише, приветствуются споры и дискуссии, состав секций подобран грамотно. Конференция всегда очень хорошо организована.

– На конференции я был неоднократно, – рассказал доцент кафедры гуманитарных дисциплин НИУ ВШЭ-Пермь Александр Чащухин (Пермь). – В рамках этого мероприятия уже сформировалось сообщество историков. На конференции ведется спор о терминах, происходит согласование позиций. Кто-то в сталинизме видит почти что медицинскую проблему, кто-то говорит об отдельных проектах, а кто-то о культуре. Языки описания проблем тоже различны, но этого и не избежать, поскольку представлены разные исторические школы. Главное же – коммуникация. Если лет 10–15 назад специалисты находились в локальных сообществах, то сегодня конференция позволила ученым преодолеть проблему изоляции.

– Конференция позволяет исследователям почувствовать себя нужными, частью большого сообщества ученых, – добавил доцент кафедры гуманитарных дисциплин НИУ ВШЭ-Пермь Андрей Кабацков (Пермь). – Не стоит забывать, что конференция – часть большого издательского, просветительского проекта, и в этом она успешна. Проект крайне интересен. В 2005 году я начал работать над темами, связанными с 1937 годом, и участие в конференции позволило придать моей работе новые измерения. Конференция позволяет встретить тех, с кем можно выстраивать диалог, расширить исследовательское поле. Живое общение дает многое, потому что на конференции видишь авторов книг «вживую», так что можно лучше понять их замысел, даже вступить в дискуссию.

По словам организаторов конференции, ее будущее – в расширении формата диалога и в переводе его в промежутке между конференциями в пространство интернета, а также в формировании новых исторических концепций и подходов, что, к слову, не так-то просто осуществить.

– Сегодня историки зачастую уходят от глобального подхода в изучении прошлого, это стало модным, – констатировал историк Олег Хлевнюк. – Сейчас и в России, и за рубежом в тренде – изучение культурных, антропологических процессов, постмодернистские подходы. Это отчасти перегиб, но позволяет накапливать факты. Уровень большинства современных историков – обобщения среднего уровня, когда изучаются значимые, но частные явления. Кроме того, у многих историков сохранилась память о марксистско-ленинской идеологии, что тоже влияет на мировоззрение.