В Ельцин Центре 27 сентября в рамках авторского проекта Валерия Выжутовича «Другой разговор» состоялась встреча с Евой Меркачёвой, на которой коллеги-журналисты искали ответ на вопрос, насколько эффективно сегодня влияние на власть представителей общества в различных государственных и негосударственных органах.
Обладатель премии «Золотое перо России» Ева Меркачёва — известный правозащитник, она является членом Общественной наблюдательной комиссии по контролю за соблюдением прав человека в местах принудительного содержания (ОНК) и уже почти два года входит в Совет при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека (СПЧ).
СПЧ ведет свою историю с 1993 года, когда указом первого президента РФ Бориса Ельцина была образована Комиссия по правам человека.
Указ Президента от 26 сентября 1993 года № 1458 «О Комиссии по правам человека при Президенте РФ»
Основная роль Совета — консультативная, он не имеет особых полномочий, а призван советовать, проводить экспертизу, проверять и расследовать вопиющие случаи произвола, ходатайствовать о смягчениях в тех или иных сферах. Меркачёва сравнила этот орган с сердцем структуры государственной власти, чья миссия — напоминать о совести, гуманизме, справедливости и милосердии.
— Главная проблема Совета по правам человека — это то, что нас не слышат представители властных структур. Ежегодно мы получаем порядка двух миллионов обращений, 50 процентов из которых — жалобы на суд и следствие. Мы часто пишем обращения генеральному прокурору, главе Следственного комитета, публикуем их у себя на сайте, а в ответ — просто тишина. У нас потерян отклик, правозащитников сейчас воспринимают как каких-то наивных детей, а правозащитную деятельность — как утопию. Я вижу, как в последнее время к нам поменялось отношение, как чинят препятствия членам ОНК, как разговаривают с общественниками. Это большая ошибка тех представителей власти, которые допускают подобное. Мы живем в государстве и обществе, они взаимопроникаемы. Государство должно охранять общество, понимать, что оно служит обществу, и любой чиновник должен осознавать, что он работает не на себя и государя.
— Соревнование между властью и обществом неправильно, должен быть баланс. Мне кажется, сейчас пришло время, когда нам надо о себе заявлять громко. Я хочу, чтобы президент потребовал от органов власти уважения к своему Совету, который он выбрал, который утвердил своим указом. Если общество станет сильным и заставит себя уважать, то правоохранители станут защитой общества, его поддержкой. Люди не должны бояться полицейского на улице, и они должны быть уверены, что суд всегда будет на стороне справедливости. А пока некие силы стараются свести наше влияние к нулю. Мы настаиваем на том, чтобы у Совета было право третейского судьи, — ведь очень много уголовных дел совершенно несправедливых, а в СПЧ работают люди, которые формировали уголовное право, там работает юридическая элита, которая знает всё о законе. Мы считаем, что если президент хочет услышать альтернативную точку зрения, то к нам следует прислушиваться.
Правозащитница рассказала также, что на встрече с президентом выступала с просьбой принять законопроект, гарантирующий право заключенным в следственные изоляторы на свидания и телефонные звонки с самыми близкими родственниками без разрешения следователя. Поводом для обращения к главе государства стали чудовищные случаи, когда люди несколько лет не имели возможности слышать и видеть своих близких. Прошел год, отметила Меркачёва, но этот законопроект так и не был принят, его пришлось вносить в Госдуму в очередной раз.
Валерий Выжутович в «Другом разговоре» также не смог обойти стороной тему соблюдения прав и свобод человека в период эпидемии коронавируса. Совет по правам человека подготовил по этому поводу доклад, который будет представлен на встрече с президентом в декабре, пояснила Меркачёва. Правозащитники указали в нём на основные нарушения и хотят донести до главы государства, что во время режима самоизоляции обращения по поводу нарушений прав человека выросли в разы, что огромное количество людей, среди которых оказались онкологические больные и те, кто страдает от сердечно-сосудистых заболеваний, были лишены доступа к нормальной, качественной медицине.
— На мой взгляд, нарушение прав человека во время режима самоизоляции происходило во всех сферах, я не видела там исключений. Я готовила ту часть доклада, которая касалась судов и заключенных, и могу сказать, что были чудовищные нарушения, когда людям продлевали арест даже не выводя их в зал видеоконференций, чтобы суд увидел этого человека и выслушал его доводы. Аресты продлялись автоматически, никого не выпускали под домашний арест или подписку о невыезде. Не рассматривались апелляционные дела, люди сидели месяцами в ожидании вердикта суда. К заключенным не пускали родственников, адвокатов, правозащитников. У нас участились случаи вымогательств в СИЗО оттого, что общественный контроль ослаб, а местами превратился в имитацию. Ссылаясь на какие-то постановления, нас не пускали в те места, где были сложности, где больше всего проблем. Закон об общественном контроле был положен на алтарь борьбы с коронавирусом.
Меркачёва отметила, что гражданское общество в нашей стране пока находится в зачаточном состоянии, оно как ребёнок, который учится кричать, говорить, заявлять о своих правах. Помогать этому обществу взрослеть и крепнуть — функция Совета по правам человека, который по закону наделён правом лишь просить и советовать. Поэтому в последнее время СПЧ, куда за помощью и поддержкой обращаются обиженные люди, все больше напоминает кипящую кастрюлю, позволяющую обществу хоть как-то выпускать пар.
— Когда я еще студенткой пришла на работу в газету, то мне всегда отвечали на запросы, а сейчас, даже когда я подписываюсь как обозреватель «Московского комсомольца» и член Совета по правам человека, мне на запрос не отвечают. Это демонстрация нынешнего отношения к правозащитникам и журналистам. В 90-е годы было больше свободы в прессе, на уровне государства ценилось то, что говорит общество в лице СМИ, не было механизмов сдерживания свободного общения, а сейчас появилось огромное количество ограничительных мер, — подчеркнула Меркачёва.
