Специально к столетию гибели последнего российского императора Николая II и его семьи Музей первого президента России Бориса Ельцина подготовил экскурсию-расследование «Тайна дома Ипатьева». Ближайшая экскурсия состоится 11 августа.

Сто лет прошло с момента расстрела царской семьи в доме инженера Ипатьева. Сорок лет назад не стало самого дома. И, наконец, двадцать лет минуло с момента захоронения останков царской семьи в Петропавловском соборе Санкт-Петербурга. Но «белых пятен» в этой истории не становится меньше.

Почтовая открытка: "Их императорские величества и августейшие дети". Великие княжны Ольга и Мария, император Николай II, императрица Александра Федоровна, великая княжна Анастасия, цесаревич Алексей, великая княжна Татьяна

Фотография К. Буллы. Ливадия, Крым. 1914

17 июля научный сотрудник музея Рамзия Галеева и участники экскурсии попытались восстановить цепь событий, предшествующих расстрелу, определить исторические роли участников, размотать клубок исторических домыслов и гипотез.

Посетители музея в Царские дни проходят музейную экспозицию не обычным маршрутом. Везде, где они останавливаются, история страны так или иначе пересекается с историей Романовых.

Дом Ипатьева в 1918 году

Фотохроника ТАСС

Начинается экскурсия у правительственной «Чайки». Именно на такой машине передвигался министр внутренних дел Николай Щёлоков, прибывший в Свердловск.

16 июня 1981 года. В честь столичного гостя вечером в Истоке организовали ужин. По воспоминаниям генерала Германа Тыркалова, собралось человек десять. Разговор не клеился. Вдруг Щёлоков, обращаясь к Ельцину, спросил: «Зачем же вы снесли дом Ипатьева, связанный с судьбой царской семьи?»

И Ельцин отрикошетил: «Это не мы снесли, это — бульдозеры»… Разве не знал Щелоков, что распоряжение о сносе было спущено сверху?!

Тема Романовых его интересовала давно. В 1973 году он приезжал в Свердловск по служебным делам и, заинтересовавшись историей гибели Романовых на Урале, попросил руководство УВД ознакомить его с документами на эту тему. Интерес возник после просмотра альбома фотографий с драгоценностями Романовых, обнаруженных чекистами во время «Тобольской операции». В 1931 — 1934 годах было изъято 154 единицы уникальных украшений с бриллиантами и другими драгоценными камнями — диадемы, броши, колье, кулоны, перстни. И особенно брошь с огромным бриллиантом, весом более 100 карат, принадлежащая императрице Александре Фёдоровне. Судьба бриллианта не известна. В опись драгоценностей Московского Кремля он не попал. Щёлоков знакомился с документами несколько часов, а затем попросил провести его в Ипатьевский особняк и показать место, где была расстреляна царская семья.

В его голове постоянным рефреном звучал рассказ экскурсовода о том, как пули отскакивали от корсетов княжон, потому что в них были зашиты бриллианты.

В далеком 1918 году, когда к Екатеринбургу подходила армия Колчака, не было времени перевозить царя в безопасное место, было принято решение семью последнего монарха расстрелять. Чуть-чуть не подоспели «белочехи». Весть о гибели царя распространилась мгновенно. Через неделю на местном рынке только ленивый не торговал царскими вещами. Настоящими ли? Никто не знает. Но слушок ходил. Например, о том, что главный цареубийца Ермаков ходит в царевой шапке и не скрывает того. Мысль о том, что не только шапку подтянул Ермаков, будоражила многих. В 30-е годы местные домушники вломились к нему в квартиру по адресу ул. 8 марта 1, кв.4, да так ничего и не нашли.

Следующая остановка экскурсантов — у Стены подарков, в которой выставлена подлинная фотография Романовых, переданная музею семьей Ельциных в серебряной рамке работы Фаберже. На обороте штамп личного фотографа Его Императорского Величества Сергея Львовича Левицкого. Июнь 1899 года.

На фотографии императорская чета: Александра Фёдоровна и Николай Александрович. На руках императрицы новорожденная Мария. Рядом старшие дочери — княжны Ольга и Татьяна.

Экскурсовод рассказывает историю любви венценосных особ. Зачитывает фрагменты из дневников. Семейная жизнь идет своим чередом. Одна за другой рождаются четыре дочери. Но русский трон не может наследовать женщина. Царская чета мечтает о сыне. В 1904 году, в разгар русско-японской войны, императрица родит наследника. Вскоре выяснится, что мальчик болен гемофилией — проклятием Гессенского рода. От этой болезни погибли дядя, брат и два её племянника.

Экскурсия переходит в «Лабиринт истории ХХ века» к стендам Первой мировой войны.

Николай II запишет в дневнике 19 июля 1914 года: «...поехали ко всенощной. По возвращении оттуда узнали, что Германия нам объявила войну».

Толпа беснуется. Люди кричат на улицах: «Да мы их шапками закидаем!». «Колбасники! Разве они умеют воевать!»

Не пройдёт и года, как от этих настроений не останется и следа. В 1915 году англичане, французы и немцы начнут применять иприт, хлор и другие отравляющие вещества. Немцы будут бомбардировать Париж с дирижаблей, а итальянцы применят разрывные пули.

В России ненависть ко всему германскому. Екатеринбург хотят переименовать в Екатериноград. Переименован Петербург в Петроград. В концертах нет Бетховена и Баха. Святейший Синод запрещает рождественские ёлки, как немецкий обычай.

Царь на фронте. Императрица, окончив двухмесячные курсы медсестёр, с княжнами Ольгой и Татьяной работает в Царскосельском госпитале.

В музейном разделе «Революция» экскурсанты последовательно знакомятся с фактами, приведшими к трагедии императорской семьи. Политика Николая II, бездарное руководство военной кампанией приводят к неоправданным потерям и поражениям. В сложившейся ситуации единственный выход: отречение Николая Романова от власти. Никто не предполагает, что именно эти действия по «спасению» России станут спусковым механизмом к её уничтожению.

Николай II и его семья живут под арестом в Царском Селе. Участники расследования задаются вопросом: можно ли было предотвратить трагедию?

Экскурсовод зачитывает воспоминания председателя Временного правительства Александра Керенского, записанные в Париже в ноябре 1953 года:

«Что касается эвакуации царской семьи, то мы решили переправить их через Мурманск в Лондон, и министр иностранных дел Терещенко отправил в Лондон телеграмму с просьбой выслать корабль для встречи. Мы получили ясный ответ: британское правительство не может принять царскую семью в качестве гостей во время войны. Тогда мы решили отправить царскую семью в маленький Тобольск. Оттуда мы хотели эвакуировать их в США».

Царскую Семью с приближёнными отправили в Тобольск.

Когда власть взяли большевики, Романовых перевезли в Екатеринбург. В шифрованных телеграммах между Совнаркомом и ВЦИК бывшего императора и его близких будут называть «багаж».

«Я бы поехал куда угодно, только не на Урал…», — сказал 30 апреля 1918 года, подъезжая к станции Екатеринбург, бывший император начальнику охраны литерного поезда № 42 Петру Матвееву. Николай Романов знал по газетам, что Урал настроен против него.

В два часа пополудни арестованные прибудут в дом инженера Ипатьева. Дом обнесен двойным глухим забором. Первого коменданта Ипатьевского особняка Александра Авдеева вскоре отстранят от должности за «бражничество и воровство». Царское «добро» не дает покоя многим участникам операции.

14 июля. В восемь часов вечера в третьем номере «Американской гостиницы», где размещалась ЧК, состоится совещание, на котором присутствуют будущие цареубийцы: Голощёкин, Юровский, Белобородов, Ермаков, Лукьянов, Сахаров, Горин. Председательствует комендант Юровский. Они распределяют роли и порядок осуществления казни.

В ночь на 17 июля 1918 года происходит страшная трагедия. Романовых просят спуститься в подвал. С ними: лейб-медик Боткин, лейб-повар Харитонов, горничная Демидова и камердинер полковник Трупп.

Экскурсовод рассказала, что Алексея, который не мог идти, Николай II нёс на руках. В полуподвале не оказалось стульев, затем по просьбе Александры Фёдоровны были принесены два стула. На них сели императрица и цесаревич. Остальные разместились вдоль стены. Юровский ввёл расстрельную команду и зачитал приговор, потом дал команду, началась беспорядочная стрельба. Кто-то был застрелен сразу. Уцелевших узников, по данным следствия, добивали штыками и прикладами. Юровский жёстко пресек попытки охраны разворовать обнаруженные ими драгоценности, угрожая расстрелом, после чего поручил Медведеву организовать уборку помещений, а сам уехал прятать трупы убиенных.

18 июля по Екатеринбургу поползут слухи о казни Николая II. В подвале Ипатьевского дома еще замывают кровь, а на Дону и Украине уже служат панихиды.

В феврале 1919 года Колчаком для производства следствия по делам об убийстве царской семьи был назначен Николай Алексеевич Соколов. В период с мая по июль 1919 года Соколов собрал множество вещественных доказательств, опросил сотни свидетелей, провел десятки экспертиз. Собранные вещественные доказательства и документы он перевез во Францию. Работу по опросу свидетелей и экспертизе материалов Соколов продолжит в эмиграции, вплоть до своей смерти в 1924 году. Его расследование очень помогло поздним исследователям восстановить истинную картину гибели Романовых.

5 июля 1991 года начался новый отсчёт времени в установлении истины о гибели царской семьи и их приближённых. После согласования с Ельциным, Свердловский облисполкомом выделил деньги на необходимые работы по изъятию останков и созданию соответствующей группы для проведения раскопок.

С 11 по 13 июля 1991 года захоронение в Поросёнковом логу на старой Коптяковской дороге было вскрыто, царские останки изъяты и доставлены в Республиканский центр судебно-медицинской экспертизы для описания и идентификации.

Событие тут же превратилось в мировую сенсацию.

В 1993 году Борис Ельцин назначает правительственную комиссию по идентификации останков царской семьи, в которую вошли наряду с учеными и историками представители российской интеллигенции и Русской православной церкви. Возглавил комиссию Борис Немцов.

В музейной экспозиции «Шестого дня» подробно рассказано об этих событиях.

Официально правительственная комиссия завершила свою работу в январе 1998 года. После многочисленных генетических экспертиз в России и за рубежом комиссия пришла к выводу, что останки, найденные Гелием Рябовым и Александром Авдониным под Екатеринбургом, принадлежат последним Романовым. Тогда же было принято решение об их захоронении в Петропавловском соборе Санкт-Петербурга. В январе 1998 года президент позвонил патриарху Алексию II и попросил принять членов правительственной комиссии. Эта встреча состоялась 28 января в резиденции патриарха в Чистом переулке. К патриарху прибыли четверо: председатель комиссии, вице-премьер правительства Борис Немцов, его советник Виктор Аксючиц, историк Александр Шубин и старший советник юстиции, прокурор-криминалист Генеральной прокуратуры Владимир Соловьев. Он был единственным из гостей патриарха, кто не входил в состав правительственной комиссии, желая сохранить полную независимость в выводах. Основная тяжесть расспросов легла на плечи Соловьева — он оказался наиболее подготовленным по всем вопросам. Разговор длился около двух часов. Наконец патриарх прервал вопросы и сказал, положив руку на записку Генеральной прокуратуры: «Достаточно. Вы меня убедили. Это на самом деле императорская семья. С этим вопросом все ясно. Остается решить, когда и где необходимо произвести захоронение». Патриарх согласился с тем, чтобы церемония состоялась в 80-ю годовщину расстрела царской семьи, то есть 17 июля 1998 года.

Накануне 16 июля Борис Ельцин обратился по телевидению к россиянам:

«Долго раздумывая, разговаривая с гражданами России, историками и работниками культуры, я пришел к выводу, что мне надо поехать в Санкт- Петербург на захоронение останков Николая II и его семьи. Я считаю это покаянием нашего поколения перед ними. 80 лет эту правду скрывали. И надо завтра эту правду сказать, принять участие. Это будет по-человечески справедливо!»

17 июля 1998 года состоялось захоронение императорской семьи в Петропавловском соборе в Санкт-Петербурге.

Прошло 20 лет. Но страсти, вызванные решением правительственной комиссии о признании и захоронении останков царской семьи, не утихают.

В 2018 году вновь были подтверждены результаты генетических экспертиз. Историки доказали подлинность останков великой княжны Марии и цесаревича Алексея, найденных позже остальных.

Из кремлевского кабинета Бориса Николаевича экскурсанты переходят на смотровую площадку 8 этажа Ельцин Центра.

Отсюда, с высоты птичьего полета, открывается великолепный вид на сияющие купола Храма-на-Крови, выстроенного на месте дома Ипатьева.

Сейчас это место не имеет адреса, а было некогда Вознесенским проспектом, 49. Затем улицей Карла Либкнехта, 49. И долгие годы пустырём.

Дом, безмолвный свидетель гибели царской семьи, имеет свою знатную историю. Приобрел его москвич, инженер-строитель Николай Николаевич Ипатьев в 1908 году. В нижнем этаже дома инженер разместил контору. Сам дом сдал под квартиры, не имея возможности постоянно находиться в Екатеринбурге. В 1914 году Ипатьев был избран гласным городской Думы на четырёхлетний срок. Февральскую Революцию воспринял положительно. В начале 1918 года уехал для поправки здоровья в Курьи, местный курорт. 27 апреля был вызван срочной телеграммой в Екатеринбург. В городе ему сообщили о немедленной экспроприации дома и предписали освободить помещение в течение 48 часов. Ипатьев проживет еще двадцать лет, но в свой дом уже не вернется.

Экскурсия-расследование «Тайны дома Ипатьева»

Фото Любови Кабалиновой

Крепкий, основательный особняк видел золотопромышленников и думских гласных, белых офицеров и красных комиссаров. По ступеням, что вели в подвал, стучали дамские каблучки и солдатские сапоги. Он был белогвардейским штабом, музеем революции, общежитием, архивом, охраняемым архитектурным памятником и просто конторским домом. Пережил годы величия и развенчания, официального умалчивания и неофициального опасливого интереса, потому что судьба ему определила стать последним пристанищем последнего самодержца российской императорской династии Романовых и его семьи.

На стенах подвала участники расстрела оставили надписи, поразившие следователей, начинавших «дело Романовых». Одна была сделана по-немецки Belthazar ward in selbiger Nacht Von seinen Knechten umgebracht. Это строки из стихотворения Гейне «Валтасар»: «В эту самую ночь Валтасар был убит своими холопами…»

Первые экскурсии по музею водил комиссар Ермаков. Сохранились письма, адресованные цареубийце с просьбой провести экскурсию для почётных гостей города. В музее показывали воссозданную деревянную стену, пробитую пулями. Подлинная стена, а также доски пола, пропитанные кровью венценосных особ, были вывезены колчаковцами и находятся в Англии, в Историческом музее Лондона.

Следующая экскурсия «Тайны дома Ипатьева» состоится 11 августа.

Документы из Архива Президентского центра:

Другие документы по теме