В Екатеринбурге в первую субботу августа прошли мероприятия в честь Дня города, к которым традиционно присоединился Ельцин Центр. В преддверии праздника, 31 июля, на летней площадке состоялась встреча с исследователями столицы Урала, которые в формате блиц-лекций познакомили екатеринбуржцев с интересными сюжетами из жизни родного города.
Проект «Короткие истории о городе» представили историк и автор прогулок по Екатеринбургу Евгений Бурденков, искусствовед Ирина Кудрявцева, научный сотрудник Музея Бориса Ельцина Артём Бардин и лектор, организатор городских инициатив Александра Лопата.
— Эта встреча была подготовлена нами ко Дню города специально для тех, кто предпочитает камерные встречи массовым мероприятиям, — пояснила директор Музея Бориса Ельцина Анна Бородулина. — Мы взяли четыре разные темы, связанные с историей и жизнью Екатеринбурга, и постарались раскрыть их в течение полутора часов под открытым небом на площадке с прекрасным видом. Так состоялся разговор о городе на фоне города.
Открыл цикл Артём Бардин, его лекция была посвящена истории переименования Екатеринбурга. Он напомнил, что первая попытка переименовать город была предпринята ещё в 1915 году на волне антигерманских настроений, вызванных Первой мировой войной. Тогда активно обсуждался отказ от «немецкого» названия. Однако город сохранил своё историческое название вплоть до советского периода, когда в ноябре 1924 года он был официально переименован в Свердловск в честь известного революционера Якова Свердлова.
Во время перестройки в СССР поднялась мощная волна за возвращение городам исторических названий. Победившие на выборах в горсовет демократы начали активно продвигать эту идею в Свердловске, но встретили жёсткое сопротивление со стороны коммунистов.
Параллельно в городе и стране рос общественный интерес к трагической судьбе царской семьи. В июле 1990 года очередной молебен на месте снесённого дома Ипатьева, где были расстреляны Романовы, перерос в массовую политическую манифестацию, участники которой единодушно требовали вернуть Свердловску его историческое название.
Общественные настроения обострились до предела к лету 1991 года. В августе в Свердловске фактически прошли два параллельных Дня города. Официальную программу представляли в Историческом сквере, а демократическая оппозиция устроила альтернативные мероприятия возле стадиона «Динамо».
Точку в этом противостоянии поставил провал августовского путча ГКЧП. 21 августа 1991 года в Свердловске состоялся самый массовый митинг в его истории, собравший более 100 тысяч человек в поддержку Бориса Ельцина. После этого сопротивление партийной верхушки было сломлено, и за переименование города проголосовали даже коммунисты.
Уже 3 сентября городские депутаты направили официальное обращение в Верховный Совет РСФСР, а 23 сентября 1991 года вышел указ о возвращении городу названия Екатеринбург, но область при этом осталась Свердловской. Борис Ельцин, будучи уроженцем Урала, полностью поддерживал возвращение городу исторического имени.
Следующая история, которую горожанам рассказала искусствовед Ирина Кудрявцева, была посвящена тому, как формировалось, где зарождалось и как развивалось неофициальное искусство Свердловска.
Принято считать, что Екатеринбург исторически был сугубо индустриальным, «нехудожественным» городом. Однако местное альтернативное искусство имеет глубокие корни. Есть версия, что оно родилось на рубеже 60–70-х годов в недрах легендарной «Уктусской школы», подарившей стране уральский концептуализм. Но этой «вспышке свободы» предшествовала важная и яркая предыстория.
Первый важный сюжет связан с послереволюционным авангардом 1919–1920 годов, когда в Екатеринбурге открылись Свободные художественные мастерские. Сюда приехали преподавать авторы, чьи имена сегодня известны всему миру: Александр Лабас, Сергей Сенькин, Николай Лаков и Николай Цицковский.
Первая выставка нового искусства состоялась в 1920 году. Неподготовленная местная публика встретила кубофутуристические и беспредметные холсты полным неприятием. Работы ушли в запасники, но сегодня мы можем по достоинству оценить эти шедевры мирового уровня, хранящиеся в Екатеринбургском музее изобразительных искусств.
Следующей точкой притяжения для неформального общения авторов стал круг живописцев в Малом Истоке, сформировавшийся вокруг Леонарда Туржанского. Будучи культовым русским импрессионистом и строя карьеру в Москве, Туржанский каждый сезон с весны до осени проводил на родном Урале, где вокруг мастера стихийно сложилось сообщество единомышленников. Его ученики и последователи — Иван Слюсарев, Олег Бернгард, Николай Сазонов — сформировали уникальное направление, вошедшее в историю искусствоведения как «уральская школа пейзажа».
В конце 1950-х годов важнейшей орбитой для творческих людей стала художественная студия Николая Чеснокова в ДК железнодорожников. Чесноков был абсолютно официальной фигурой, членом Союза художников и преподавателем училища имени Шадра. Однако он обладал редким даром: будучи встроенным в советскую систему, художник никого не подавлял и давал полную свободу самовыражения молодым талантам. Именно в его студии пересекались профессионалы и любители, андеграунд и легальное искусство.
Из этих неформальных кругов, споров и попыток реформировать соцреализм в конце 60-х годов выросла знаменитая «Уктусская школа». Группа свободных от стереотипов художников и поэтов создавала искусство, созвучное передовым западным практикам концептуализма. Это было незрелищное искусство, лишённое больших визуальных форм: самиздат, перформансы, небольшие рисунки-концепты. Многие идеи уральских авторов рождались абсолютно самостоятельно в закрытом промышленном Свердловске.
Даже когда в 1974 году группа официально распалась, её участники — Анна Таршис, Валерий Дьяченко, Сергей Сигей (Сигов) и Евгений Арбенев — продолжили развивать эти традиции индивидуально. Сегодня прикоснуться к этой атмосфере абсолютной творческой свободы можно в Арт-галерее Ельцин Центра на выставке «Быть рядом, но не там».
Затем своим опытом изучения Екатеринбурга поделился историк, автор городских прогулок Евгений Бурденков. По его мнению, сегодня изучение городской истории перестало быть прерогативой академических институтов. Чтобы стать экспертом, не обязательно ходить в архивы или контактировать со специалистами. Главное — найти правильную систему сбора данных.
Самый эффективный метод строится на простой формуле: город — это дома, в которых живут люди, и люди, которые живут в домах. Когда вы начнёте раскладывать информацию в цифровые папочки, привязанные к конкретным адресам, разрозненные заметки сами начнут объединяться в сюжеты кварталов, архитектурных ансамблей и целых жилых массивов.
Первый и самый доступный инструмент для локализации истории — это картографические онлайн-сервисы, такие как RetroMap. Они позволяют в один клик наложить старинные планы (например, генеральные планы Екатеринбурга 1734, 1809 или 1856 годов) на современную карту города. Благодаря этому можно увидеть, как хаотичная дореволюционная усадебная застройка превращалась в строгую квадратную систему кварталов, спроектированную архитектором Михаилом Малаховым.
Второй важнейший шаг — поиск имён. Благодаря цифровым базам данных и полнотекстовому поиску, больше не нужно вручную перелистывать тысячи архивных страниц. В открытом доступе есть уникальные оцифрованные справочники краеведов. Например, алфавитные списки жителей Екатеринбурга Леонида Злоказова или Ольги Титовой, а также фундаментальный труд главы города Ильи Симанова «Город Екатеринбург» 1887 года, где впервые появилась нумерация городских усадеб.
В советский период ключевым источником информации становятся телефонные книги. В 1930–1950-е годы личный телефон был признаком элитарности. «Пробивая» телефонные номера по справочникам, можно легко составлять ментальные карты номенклатурных домов и узнавать биографии их выдающихся жильцов.
Третий практический пласт — это оцифрованная периодическая печать на сайте библиотеки имени Белинского. Поиск в дореволюционных газетах даёт массу живых деталей: от объявлений о продаже недвижимости до криминальной хроники и бытовых драк. Период с 1950-х по 1980-е годы закрывают газеты «Уральский рабочий» и «Вечерний Свердловск». В них публиковалось всё — от строительных планов до объявлений о разводах.
Важнейшая специфика Урала, которую нужно учитывать при исследовании, — ведомственная застройка. В 40–60-е годы Свердловск как город практически не вёл самостоятельного жилищного строительства. Жилые дома, детские сады и кинотеатры возводились оборонными заводами и крупными ведомствами.
Финальный этап исследования — это интеграция собранных сухих фактов с живыми историями. Понимая, какое предприятие строило дом, кто его архитектор и какие исторические персоны в нём жили, вы превращаете обычную прогулку по центру города в увлекательный исторический детектив.
Инструменты открыты, пресса оцифрована, а белыми пятнами остаются разве что истории закрытых оборонных предприятий, которые не «светились» в прессе. В остальном город полностью доступен для тщательного и свободного анализа. Единственное, что нужно сделать, — взять эти данные, составить свой уникальный маршрут и отправиться на прогулку.
«Короткие истории о городе» завершила лектор и организатор городских инициатив Александра Лопата, которая объяснила, почему День города был на протяжении десятилетий главным дедлайном для властей и горожан.
В истории Екатеринбурга существует традиция — ко Дню города открывать знаковые объекты. В советские годы этот обычай назывался «юбилейными трудовыми подарками». Традиция зародилась ещё в июле 1928 года, когда закладку первого камня в основание Уралмашзавода приурочили к условной дате Дня города и девятой годовщине освобождения Урала от Колчака.
После Великой Отечественной войны важным подарком горожанам стал Дендрологический парк-выставка на улице Первомайской, открытый к 225-летию города в 1948 году, чтобы дать уставшим от войны людям место для отдыха. Кстати, в 2024 году ко Дню города этот парк получил обновлённый после долгого ремонта фонтан.
Главной вехой в формировании современного облика центра столицы Урала стал 1973 год — 250-летие города. Тогда Свердловск получил сразу несколько грандиозных подарков, введение в строй которых лично курировал Борис Ельцин. На Верх-Исетском металлургическом заводе запустили уникальный цех, а на месте ипподрома, закрытого после визита в Свердловск Никиты Хрущёва, по проекту архитектора Геннадия Белянкина возвели величественный Дворец молодёжи.
Однако главным подарком горожанам стал Исторический сквер. В XVIII–XIX веках на этом месте располагались цеха Екатеринбургского железоделательного завода, но к 60-м годам сердце города превратилось в захламлённую промзону. В ходе масштабного благоустройства старинную плотину из лиственницы расширили и облицевали гранитом. В сохранившихся заводских корпусах открылись музеи, был разбит Сад камней.
Следующая большая волна «трудовых подарков» пришлась на 1998 год, когда Екатеринбург отмечал 275-летие. К этой дате полностью реконструировали площадь Труда. На месте взорванного в 30-е годы Екатерининского собора возвели православную часовню и открыли памятник основателям города — Василию Татищеву и Вильгельму де Геннину. Ещё одним подарком горожанам тогда стал благоустроенный сквер у Театра драмы, разбитый на месте бывшего пустыря и старых одноэтажных домов.
Последние десятилетия ко Дню города власти открывали в Екатеринбурге преимущественно важную транспортную инфраструктуру. Однако в 2003 году старинную купеческую улицу Вайнера превратили в «Уральский Арбат», полностью закрыв её для автомобилей.
Одним из самых символичных подарков последних лет стало открытие памятника Петру Столыпину возле здания УрГЭУ. Столыпин был почётным гражданином Екатеринбурга, и именно он после визита на Урал убедил Николая II в необходимости открыть в городе первое высшее учебное заведение — Горный институт.
Сегодня Дни города продолжают оставаться главным поводом для открытия школ, детских садов и проведения традиционной городской свадьбы. Ведь, как показывает история Екатеринбурга, лучший способ отметить юбилей — это сделать подарок, который останется с жителями надолго.
