21 марта в Арт-галерее Ельцин Центра в Екатеринбурге состоялась лекция доктора философских наук, доцента кафедры этики, эстетики УрФУ им. Б.Н. Ельцина Маргариты Гудовой «Фотографии и дневники: память, сохраняемая вербальными и визуальными способами».

– Фотографии и дневники – памятники, которые сохраняют человека и его эпоху, – рассказала Маргарита Гудова. – Время, в которое живет автор фотографий и дневников, обладает своими способами хранения и кодирования информации. В наше время метод кодирования информации отличен от способов прошлого. Литературовед и культуролог Юрий Лотман отмечал, что каждая эпоха создает свой набор кодов и знаков. При этом все, что человек переживает, он обычно пытается запечатлеть. К буквальным способам сохранения информации можно отнести устный рассказ и письменный текст, начиная от литературных текстов и заканчивая нелитературными, дневниками и письмами. Визуальные способы сохранения памяти, как индивидуальной, так и коллективной – это графика, скульптура, архитектура. Если говорить о фотографиях писателя и философа Михаила Пришвина, то это, конечно, непрофессиональные фотографии. Пришвин оставил огромное количество фотодневников и комментариев к ним. Искусство фотографии было для него способом запечатлеть образы реального мира.

Лекция Маргариты Гудовой

Видео: Артур Селезнев

Гудова подчеркнула, что фотографии чаще всего фиксируют самые значимые моменты жизни человека: рождение, поступление в учебное заведение, бракосочетание, путешествия. При этом фотографии могут быть основаны на документальном подходе, это фотографии-документы, относящиеся к сфере медицины или криминалистики. Другая же часть фотографий нуждается в интерпретации.

– Пришвин часто выступает не только фотографом-любителем, но и лирическим героем своих фотографий, – отметила Маргарита Гудова. – Если говорить о дневнике как о жанре, то это коммуникация, фиксация внутреннего мира. Автор рассказывает, о чем хочет, в тех выражениях, в которых хочет, и он же является адресатом дневника. Но одновременно присутствует косвенный, невидимый адресат. Можно вспомнить дневники Льва Толстого или Михаила Пришвина, который писал свои заметки в лесной глуши. В дневниках Пришвин чрезвычайно откровенен. Так, он писал, что из разбитого колокола, к примеру, будут отлиты памятники Ленину и Сталину. Дневники он пишет от первого лица или от имени «мы», потому что зачастую описывает поездки в составе делегации писателей. Фотографии же Пришвина – не только изображения природы, но и важнейших для страны событий. Он фиксирует жизнь.

Фотография, в отличие от дневника, делает автора менее уязвимым, потому что в ней не содержатся прямая оценка или отношение к явлению, заметила лектор. Оценку может дать уже зритель фотографии, который обычно приписывает автору фотографии свое отношение к тому, что на ней изображено. Для Пришвина, подчеркнула исследователь, поворотной вехой стал 1931 год, когда писателя не хотели печатать, и он мечтал «сбежать в какой-нибудь картофельный трест». Именно тогда на гонорар от немецкого издания «Кощеевой цепи» Пришвин купил фотоаппарат и начал фотографировать.

После лекции Гудова ответила на вопросы аудитории. В частности, слушателей интересовало, как влияет на искусство фотографии то, что сегодня многие люди стремятся фиксировать каждый момент своей жизни.

– Фотография стала массовой и повседневной практикой, – прокомментировала Гудова. – Человек как будто говорит: «Я был на секунду моложе, чуть-чуть другим» и фиксирует это. Каждый момент прошлого наделяется смыслом. Еще один момент – медийность, присутствие в соцсетях. Невозможно не выложить фотографию момента, потому что твоя группа в соцсети тебя потеряет. Посредством фотографии ты как будто подтверждаешь свою идентичность, свое присутствие в социуме.

– Почему мы, предположим, когда смотрим очередную экранизацию «Войны и мира» Льва Толстого, говорим, что «Наташа Ростова совсем не такая»? Или был спектакль «Белая гвардия», где в роли Лариосика выступал актер, весьма зрелых лет и упитанный. В нашем же воображении Лариосик – тщедушный вечный студент, при этом в книге Булгакова его портретное описание вообще не дается. Можно ли говорить, что текст никогда не совпадет с визуальным образом?

– Это проблема перевода с языка одного искусства на язык другого искусства. Проблема перевода литературы на язык кино, балета или театра. Вообще образ – то, что в голове. Особенность того же Михаила Пришвина в том, что его не надо перекодировать. Он работает с языками разных видов искусства.

– В какой степени сегодня ценна фотография? Зачастую это просто изображение в телефоне.

– Фотографии в тех же телефонах – то, что ускользает. Памятник же, если верить философам, это то, что материально, то, что напечатано. Очень большую роль играет носитель. Нет менее надежного средства хранения информации, чем цифровые носители, флешки или диски. Материальные носители, та же бумага, надежнее. Современный человек как будто сомневается в значимости своей жизни и для ее укрепления прибегает к фотографии.