Комментарий обозревателя
Олег Мороз
Писатель, журналист. Член Союза писателей Москв...

Крым чуть не вернулся в Россию

 

День за днем. События и публикации 7 мая 1992 года

комментирует обозревательОлег Мороз *

 

В«Известиях»за 7 мая 1992 года сообщение ИТАР–ТАСС«Принята Конституция Республики Крым»:

 «Большинство депутатов крымского парламента проголосовали 6 мая за принятие Конституции Крыма. Республика Крым, говорится в ней, является правовым, демократическим государством. На своей территории республика обладает верховным правом (выделено мной–О.М.) в отношении природных богатств, материальных, культурных и духовных ценностей, осуществляет свои суверенные права и всю полноту власти на данной территории Республика в лице ее государственных органов и должностных лиц осуществляет все полномочия за исключением тех, которые она добровольно делегирует Украине. Официальным языком и языком делопроизводства (внимание!–О.М.) является русский язык. Государственными языками являются крымско-татарский, русский и украинский. Республика Крым, говорится в Конституции, входит в государство Украину и определяет отношения с ней на основе договоров и соглашений».

В Киеве это событие вызвало большой переполох. Было ясно, что Крым если еще и не вышел из Украины (сказано ведь:«входит в государство Украину»), то явно нацелился на такой выход. Причем определился, в какую сторону он собирается выходить–в сторону России«официальным языком…является русский язык»).

 

Президиум Верховного Совета Украины квалифицировал документ, принятый парламентом Крыма, как противоречащий положениям Конституции Украины в части нерушимости и целостности ее территории, а также закону Украины о статусе республики Крым, являющейся составной частью Украины.

 

Еще более резко выступили радикалы из«Руха», призвавшие«переходить от слов к делу–немедленно аннулировать Акт о самостоятельности Крыма, распустить его Верховный Совет, ввести на территории полуострова президентское правление, привлечь к уголовной ответственности«за антигосударственную деятельность»его председателя Николая Багрова, запретить партии и движения, ставящие своей целью изменение границ Украины.

 

Крепко досталось от депутатов-руховцев украинским силовикам–руководству Министерства внутренних дел, Службы национальной безопасности, прокуратуры. В дальнейшем силовики постараются исправить свои«недоработки»в части«недостаточного давления»на крымских«сепаратистов».

 

Срочно было созвано заседание Верховной Совета Украины для обсуждения«политического кризиса в Крыму». Он предписал крымскому парламенту отменить свое постановление о провозглашении государственной самостоятельности (слова«Конституция Республики Крым»на Украине вообще избегали произносить) как противоречащее Конституции Украины.

 

Несмотря на мощное давление со стороны Киева попытки крымчан обрести самостоятельность продолжались. Своего пика эти попытки достигли после того, как президентом Республики Крым был избран председатель Республиканской партии Крыма Юрий Мешков. В двух турах голосования он выиграл у уже упомянутого Николая Багрова (во втором туре у Мешков набрал почти 73 процента, Багров–всего лишь несколько более 23-х).

 

Мы встретились с крымским президентом в Симферополе через полтора месяца после его избрания. В начале нашего разговора я напоминаю ему о тех обещаниях, которые он давал во время своей избирательной кампании и благодаря которым одержал победу над соперниками. Что осталось от этих обещаний? Каковы перспективы их выполнения? Предвижу, что теперь, в ранге избранного президента, он будет гораздо более осторожен, чем был в роли кандидата в президенты. К тому же надо учесть, что Мешков находится под мощным политическим давлением со стороны Киева, со стороны местной проукраинской номенклатуры, он«под колпаком»у киевских спецслужб.

 

Главное из его предвыборных обещаний,–по крайней мере, так об этом сообщалось в печати,–воссоединение Крыма с Россией. Думаю, именно оно, в первую очередь, и сделало его президентом. Однако мой собеседник отрицает, что в его программе говорилось о воссоединении Крыма с Россией.

 –Речь шла о восстановлении единого (с Россией–О.М.) экономического пространства, культурного пространства, информационного пространства. А все остальное придет само собой…И до 1954 года, и после мы как были частью народа России, так и остаемся.

Между тем, уже и непосредственно после своего избрания Мешков заявил в интервью одной из крымских газет:

 «Крымчане сделали свой выбор, проголосовав за единение с Россией, за восстановление экономических отношений, за восстановление военно-политического союза с Россией, за все то, что было провозглашено РДК (Республиканским движением Крыма–О.М.) еще в августе 1991 года. Это позволит прежде всего спастись всем гражданам Республики Крым от окончательного краха того, что раньше называлось экономикой. Естественно, этого достичь невозможно, если следовать курсу, предложенному киевским руководством на отрыв от России».

Впрочем, обратите внимание, вместо формулы«объединение с Россией»,«воссоединение с Россией»Мешков опять-таки употребляет более острожное и неопределенное«единение с Россией».

 

Тогда спрашиваю напрямую:

 –Как вы оцениваете приснопамятное решение Хрущева о передаче Крыма Украине? –Оно из разряда бредовых выдумок и решений. Ничего общего со здравым смыслом, вообще с человеческим отношением к своему ближнему оно не имеет. Но с юридической, с правовой точки зрения вопрос решен: акты 1954 года признаны недействительными с момента их принятия. Так что с этой стороны все нормально. Осталось вернуться к здравому смыслу…

Тут, однако, надо уточнить, что акт 1954 года о передаче Крымской области из состава РСФСР в состав УССР был признан антиконституционным в том же мае 1992 года лишь российским парламентом. То есть Москва приняла его в одностороннем порядке. Украине было предложено«урегулировать вопрос о Крыме»на переговорах с Россией. Однако ни на какое«урегулирование»Украина не пошла.

 

Но в тот момент Мешков надеялся, что после предстоявших тогда выборов на Украине ситуация там изменится благоприятным для Крыма образом–«с политической арены уйдут прежние номенклатурные деятели, которые успели стать националистами, их сменят прагматики, практики–те, кто будет решать все вопросы прежде всего в интересах экономики, а не национализма».

 

Надежда, прямо скажем, не очень реалистичная.

 

Довольно неожиданным«кадровым»решением Мешкова, опять-таки говорящим, в какую сторону он смотрит, было то, что на пост вице-премьера (а фактически–премьера) он пригласил известного российского экономиста Евгения Сабурова, бывшего вице-премьера и министра экономики в российском правительстве Ивана Силаева. Интересуюсь,–что, в самом Крыму уже не осталось квалифицированных экономистов, требуются люди«со стороны»?

 –Сабуров для нас не«человек со стороны,–отвечает Мешков.–Он стопроцентный крымчанин, родился в Ялте. Но я даже не это имею в виду.Я имею в виду не пространство, ограниченное рамками Крыма, а пространство, ограниченное рамками России(выделено мной–О.М.) Мы не воспринимаем границы как норму и как естественное состояние…

Вот опять мы слышим подтверждение: Крым и Россия–это одно и то же. Не удается крымскому президенту высказываться поосторожней, даже учитывая понатыканные, несомненно, всюду в его кабинете«жучки».

 –Что касается дефицита кадров,–продолжает Мешков,–дай Бог, чтобы украинское правительство могло похвастаться специалистами такого ранга, такого уровня и такой квалификации, как господин Сабуров.

Вообще-то, надо сказать честно, и на Украине в то время были экономисты такого уровня, как Гайдар, Чубайс, Сабуров…Или близкого к нему. Тут можно назвать Владимира Ланового, Виктора Пинзеника…Другое дело, что Кравчук, а потом Кучма, в отличие от Ельцина, который дал волю реформаторам, не позволили своим«Гайдарам»развернуться с реформами, задвинули их«за печку», на третьи роли, чем обрекли украинскую экономику на более тяжкие испытания, чем пережила Россия.

 

Что касается Сабурова, в дальнейшем Мешкову, среди прочего, предъявят обвинения как раз в том, что он наприглашал в правительство иностранцев (у Сабурова, в частности, было российское гражданство, так что поработать в Крыму ему позволили лишь несколько месяцев).

 

Еще один вызов Киеву–Мешков собирается вернуть Крым в рублевую зону…

–Собираюсь,–подтверждает Мешков.–Для нас рубль как платежное средство наиболее приемлем, поскольку основной поток туристов–тех, кто оставляет деньги в Крыму,–это граждане России. И обеспечить для них, если хотите, нормальное обслуживание–одна из наиболее важных задач в области экономики. И мы эту задачу решим. –Но между Крымом и Украиной,–напоминаю,–нет границы. Ввести здесь иную, чем на Украине, валюту, по-моему, будет трудновато, если не невозможно. –Невозможно то, что происходит у нас сейчас. Невозможна наша сегодняшняя реальность (Мешков имеет в виду катастрофическое состояние крымской экономики–О.М.) Мы стремимся вернуться в нормальное состояние. –Насколько я понимаю, вам придется нарушить при этом законы Украины? –Законы Украины–это одна из тех причин, которые привели к нынешнему экономическому состоянию. Результат, как говорится, налицо.

Между тем, Киев не дремлет. В Крым вводятся дополнительные украинские войска. Мешков говорит, что он обратился к украинскому руководству с просьбой вывести их, поскольку они введены«в нарушение договоренности и существующего порядка (войска могут быть введены только с согласия Верховного Совета Крыма)». Просьба проигнорирована.

 

…Украинский парламент отстранил Мешкова от руководства Крымом. Сам пост крымского президента был ликвидирован. Суверенная Республика Крым перестала существовать, была преобразована в Автономную Республику Крым–административно-территориальную единицу в составе Украины, не обладающую суверенитетом.

 

Каких-либо ресурсов для противодействия Киеву, если не считать голосов крымчан, которые его избрали, у Мешкова не было. Помощь из Москвы не пришла. Ельцин был повязан российско-украинским договором от 19 ноября 1990 года, где были слова о взаимном уважении территориальной целостности России и Украины, а также Беловежским соглашением, в котором также говорилось: члены Содружества«признают и уважают территориальную целостность друг друга и неприкосновенность существующих границ в рамках Содружества».

 

Затеять тяжбу с Украиной по поводу Крыма означало поставить под удар само это соглашение.

 

 Правда, во время его подготовки в Вискулях Ельцин попытался завести разговор о Крыме, но Кравчук категорически отказался говорить на эту тему: Крым–наш! Точка.

 

Кучма, сменивший Кравчука на посту украинского президента, вспоминает:

«Когда возникла сложная ситуация в Крыму, тамошний президент Мешков, его правительство (кстати, большинство в нём составляли«варяги») стали говорить чуть ли не об отделении полуострова от Украины, я позвонил по телефону Борису Николаевичу [Ельцину]. Он абсолютно адекватно понял ситуацию и соответствующим образом отреагировал».

Надо понимать–не возражал против отстранения Юрия Мешкова и ликвидации суверенной Республики Крым.

 

 

Другие комментарии обозревателя