Комментарий обозревателя
Олег Мороз
Писатель, журналист. Член Союза писателей Москв...

Где же выход? Выхода не видно

События и публикации 22 апреля 1991 года

комментирует обозревательОлег Мороз *

 

Отчаянное признание премьера Валентина Павлова:

 

«Страна по существу оказалась в зависимости от иностранных кредиторов. По результатам торговли прошлого года мы стали должниками почти всех стран даже Восточной Европы–Чехословакии, Венгрии, Югославии. Сегодня им тоже надо платить свободно конвертируемой валютой. Жизнь взаймы, естественно, не бесконечна. Наступило время расплачиваться. Если в 1981 году на погашение внешнего долга и процентов по нему мы направляли 3800 млн. в свободно конвертируемой валюте, то в текущем году необходимо погасить уже 12 млрд. С учетом нашего уровня внутренних цен это равносильно потере почти 60 млрд. рублей».

 

Где же выход? Выхода не видно. На встречах с западными коллегами Горбачев униженно просит предоставить кредит хотя бы в два миллиарда долларов, но–быстро, просит реструктурировать советский долг, просит о немедленной помощи продовольствием и медикаментами. При этом нередко использует такой аргумент: ведь Запад потратил сто миллиардов на«войну в Заливе»(первую войну с Саддамом), неужели спасение СССР–дело менее важное?

 

Эту цифру–сто миллиардов долларов–он постоянно будет потом называть: если бы у него, Горбачева, было сто миллиардов, страна была бы спасена.

 

Впрочем, есть и еще один путь спасения ввести в стране чрезвычайное положение. На нем настаивает«черная сотня». Но этот путь вроде бы неприемлем для Горбачева. По крайней мере в своих воспоминаниях (книга «Жизнь и реформы») он утверждает, что это было для него неприемлемо:

 

«Ко мне на стол ложились десятки и сотни депеш от парткомов разного уровня, в ультимативной форме ставивших вопрос о необходимости принятия неотложных мер для спасения социалистического строя (обратите внимание: не для спасения СССР, а для спасения социалистического строя.– О.М.), вплоть до введения чрезвычайного положения в стране. 22 апреля при обсуждении доклада Кабинета министров о выходе из кризиса экономики Союза депутаты, с подачи Павлова и при сочувствии Лукьянова (оба–будущие гэкачеписты, правда, правда, оба –неформальные.– О.М.), начали муссировать тему введения чрезвычайного положения в стране или в решающих секторах экономики. Снова мне пришлось вмешиваться и возвращать парламент в русло нормальной работы, давая отпор ярым консерваторам».

 

* * *

Это из воспоминаний Горбачева, а вот непосредственно сообщение в«Известиях»за 22 апреля 1991 года. Закончился съезд«Всесоюзного движения«Союз»(такое название на закончившемся съезде обрела депутатская группа«Союз»)–собрание реакционно настроенных союзных депутатов –таких, как Юрий Блохин (один из будущих подписантов гнусного прохановского«Слова к народу», подстрекавшего к августовскому путчу),«черные полковники»Виктор Алкснис и Николай Петрушенко (заклятые враги демократических перемен в стране), Евгений Коган (один из создателей эстонского Интердвижения, противостоявшего Народному фронту Эстонии, перебежчик из демократической Межрегиональной депутатской группы в этот самый«Союз»)…Одно время в«Союз»входил«главный антисемит страны»(такое он получил прозвище), один из будущих предводителей октябрьского мятежа 1993 года генерал Альберт Макашов. Главная задача движения–«бороться за сохранение и упрочение Союза Советских Социалистических республик». Задача не такая уж и недостойная, но как ее предполагается реализовать? А вот этим самыми способом, к которому они назойливо призывают Горбачева:

 

«Обязательное и немедленное условие осуществления программы («Союза».– О.М.)–введение, начиная с апреля, чрезвычайного положения на период шесть месяцев.«Нужны шоковые действия на благо всех»,–настаивает в своем выступлении председатель движения«Союз»Блохин.

 

Но что значит«начиная с апреля»? Апрель уже близится к концу. И почему они считают, что введение в стране чрезвычайного положения станет«благом для всех».

На съезде«Союза»принято решение начать сбор подписей с требованием созыва чрезвычайного Съезда народных депутатов СССР. На нем, на этом чрезвычайном съезде, надо полагать, и должно быть объявлено о введении чрезвычайного положения.

 

* * *

Татарстан рвется к независимости.«Известия»за 22 апреля:

 

«На сессии Верховного Совета ТССР депутаты дополнили Конституцию ТССР положением об учреждении поста президента Татарстана. Глава Татарстана будет избираться всенародным голосованием».

 

Вообще-то президентские посты будут учреждены во многих бывших автономиях, но Татарстан–статья особая. Он, как танк, рвется к своей независимости, независимости и от Союза, и от России.

 

В августе 1990-го это стремление отчасти поощрил Ельцин во время посещения Казани. Именно там он произнес свою знаменитую фразу«Берите суверенитета столько, сколько сможете проглотить!»

 

Вскоре после этого, в конце августа, Татарстан и хватанул этого самого суверенитета полной чашей: в его соответствующей Декларации не говорилось ни о том, что республика входит в состав СССР, ни о вхождении ее в состав России. Зато было заявлено, что, будучи суверенным государством и субъектом международного права, Татарстан заключает договоры и союзы с другими государствами, в том числе и с Россией.

 

17 марта 1991 года республика не участвовала в референдуме о введении поста российского президента. Официально она не будет участвовать и в выборах президента РСФСР 12 июня (проголосуют лишь те, кто пожелает, им не будут в этом чинить помех). В этот день в Татарстане будут выбирать лишь своего президента, президента Татарстана. Об учреждении этого поста и сообщали газеты 22 апреля.

 

* * *

Еще из«Известий»за 22 апреля:

 

«Совет Министров РСФСР освободил от обложения налогами с продаж ряд товаров массового спроса. В их числе сливочное масло, сыр, мороженое, свежие овощи и фрукты, продукция общепита, реализуемая через розничную сеть, и некоторые другие продукты. Среди промтоваров–хлопчатобумажное белье, рабочая одежда, стиральные порошки, лекарственные травы, очки, перевязочные материалы, зубные щетки, туалетное мыло, зубная паста и прочие предметы личной гигиены.…».

 

Это одно из проявлений так называемой«войны законов», которая велась тогда между Центром и республиками. Союзный премьер Павлов стонет по поводу отсутствия денег в казне, а российский премьер Силаев, чтобы понравиться народу (пятипроцентный налог с продаж взимается с покупателей), отменяет федеральный, то есть установленный союзным Центром налог с продаж.

 

Впрочем, этот налог называли не«павловским», а «горбачевским». На многих товарах тогда стояли две цены: с пятипроцентным налогом и без него. Опять-таки, чтобы люди знали, насколько больше они платят денег по милости Горбачева.

 

Не помню, сделал ли тогда союзный Центр ответный удар в ходе«войны законов»–отменил ли силаевскую апрельскую отмену налога с продаж, однако окончательно этот налог исчез из российского законодательства лишь после окончательного распада СССР.

 

* * *

Снова о шахтерских забастовках. Вроде бы их волна пошла на спад, но нет–забастовки продолжаются. Тяжело больная экономика страны терпит и от них громадный урон.«Известия», 22 апреля:

 

«Сообщения из угледобывающих бассейнов–одно тревожнее другого. После встречи шахтеров с правительством и принятия многих их требований, ожидалось, что горняки пойдут в забой.…

Но факт налицо: забастовки продолжаются и их грозные разрушительные последствия уже начинают сказываться в смежных, и не только смежных отраслях».

Казалось бы, далекая от угледобывающей промышленности отрасль - медицина, но страдает и она:«из аптек исчезают аж 80 наименований различных антибиотиков, корвалол, люминал.…»

 

Да уж,«сердечникам», даже«начинающим», без корвалола никак не обойтись.

А если учесть, что нечем платить и за импортные лекарства, –мы об этом уже читали в предшествующие апрельские дни 1991 года,–дела совсем плохи…

 

* * *

«Известия»сообщают:

 

«Более четырех тысяч продуктовых посылок получено в адрес войск ПВО Дальнего Востока из Германии. В них комплекты сухого пайка из неприкосновенного запаса бундесвера–мясные консервы, концентрированные соки. Этот подарок вызвал противоречивые чувства в частях: и благодарность теперь уже, будем надеяться,«потенциальным противникам», и досаду: до чего дожили! За державу обидно. Все посылки солдаты ПВО передали в детские дома и дома престарелых».

 

Да, наши воины-дальневосточники испытывают«противоречивые чувства»по поводу гуманитарной помощи немцев и благородно передают ее тем, кто, как они считают, нуждаются в ней больше. Между тем начальники в Министерстве обороны СССР никаких таких«противоречивых чувств»не испытывают и просят предоставить гуманитарную помощи именно советской армии, без всякой ее передачи кому-либо еще. Еще в январе 1991 года в соответствующие органы из Минобороны были направлены соответствующие письма:

 

«Заместитель министра обороны В. Архипов–председателю Центральной комиссии по распределению гуманитарной помощи (вот ведь какая уже тогда была комиссия!О.М.) Л. Воронину:

 

«Уважаемый Лев Алексеевич! Прошу Вас передать Министерству обороны СССР 8 миллионов комплектов суточных рационов военнослужащих бундесвера (сухих пайков), поступающих из Германии в качестве гуманитарной помощи в адрес Всесоюзного объединения«Продинторг»в порты Ленинграда, Таллина и Клайпеды, для выдачи военнослужащим и членам их семей».

 

Из письма Министерства обороны тому же адресату, направленного три дня спустя:

 

«Уважаемый Лев Алексеевич! Прошу вас рассмотреть возможность из поступающей гуманитарной помощи передать Министерству обороны 7 тысяч тонн хлеба длительного хранения в жестебанках».

 

Эти письма приводит Егор Гайдар в своей книге«Гибель империи». По-видимому, в дальневосточных частях ПВО о них не было известно ввиду их конфиденциальности, иначе гуманитарную помощь, которую Министерство обороны выпрашивало именно для своих солдат и офицеров, членов их семей, вряд ли стали бы кому-то передавать, во всяком случае без санкции Минобороны.

Другие комментарии обозревателя