О кайдзен, практической философии, применяемой на самых успешных предприятиях Японии, а также об исторических корнях этого явления можно было узнать 27 февраля на встрече-лекции в Ельцин Центре в Екатеринбурге.

Мероприятие стало возможным благодаря усилиям Ельцин Центра и информационного культурного центра «Япония». Тема встречи, на которую собралась полная аудитория слушателей, а в их числе были и руководители бизнес-структур, и ценители японской культуры, – «Кайдзен: бережливые технологии Японии». По сути, кайдзен подразумевает особое, неравнодушное и фактически личное отношение каждого работника к своей компании, приводящее к совершенствованию системы производства и качества производимой продукции, а также росту производительности труда. В ответ компания стремится сделать труд работника максимально эффективным и не расстается с ним без веских причин.

В качестве спикера на встрече-лекции выступил Степан Родин, историк, японовед, старший преподаватель кафедры истории и филологии Дальнего Востока Института восточных культур и античности РГГУ.

Степан Родин

Лекция Степана Родина «Кайдзэн: бережливые технологии Японии». Фото: Любовь Кабалинова / Президентский центр Б.Н. Ельцина

– Что такое «бережливые технологии Японии»? В XVII веке японский автор Нисикава Дзекен написал книгу «Мешок премудростей горожанину в помощь», – рассказал Степан Родин. – Это книга о том, как содержать тело, дух и разум в чистоте. В ней рассказывается история: некий ученый муж рассуждал, как отличить бережливость от скаредности. И пришел к выводу, что скаредность рождается алчностью, а бережливость – Небом. Слово «кайдзен» состоит из двух иероглифов, первый из которых означает «изменять, улучшать», а второй «добро, благо». Традиционная Япония относилась к переменам со страхом и неодобрением, концепция прогресса казалась японцам абсурдной. Однако это неприятие распространялось на большие перемены, в связи с чем можно вспомнить китайскую пословицу «И врагу не пожелаешь жить в эпоху Перемен». Другое дело «кай» – это перемены поступательные, почти незаметные.

Философия кайдзен сформировалась в недрах ведущих автомобильных компаний. С 1945 по 1952 год – официальный период оккупации Японии войсками США. Это были голодные годы. После войны в Японии не было финансов, промышленность была разрушена, на восстановление жизни в стране требовались огромные средства. Поэтому восстанавливать японские компании по образцу ведущих американских компаний оказалось невозможным. Встал вопрос, как при малых затратах добиться быстрого и качественного производства автомобилей.

Стоит отметить, что японские компании и корпорации часто сравнивают с семьями. Модель семьи или клана переносилась японцами на трудовые отношения. До недавних пор в Японии даже существовала система пожизненного найма: когда человек поступал в фирму, то проводил с коллегами больше времени, чем с семьей. Даже возникла поговорка: «Хороший муж – тот, кто приносит деньги и не бывает дома». Так что, когда одна крупная компания была вынуждена уволить примерно четверть сотрудников, это привело к забастовкам. Волнение удалось погасить обещанием, что увольнений больше не будет, а работники смогут трудиться в компании вплоть до своего ухода из жизни. Но в обмен на это сотрудники должны были оказывать поддержку фирме, в том числе эмоциональную, и относиться к ней как к семье.

Степан Родин

Лекция Степана Родина «Кайдзэн: бережливые технологии Японии». Фото: Любовь Кабалинова / Президентский центр Б.Н. Ельцина

Следуя принципам кайдзен, японцы стремились увеличивать не только объем производства, но и улучшать его качество. Сотрудники даже самых низовых звеньев компаний должны были регулярно вносить хотя бы по одному предложению об улучшении производства, рабочих мест, инвентаря, условий управления корпорацией.

Это «сработало». В 1971 году был провозглашен успех подхода кайдзен.

Первый принцип кайдзен: каждому работнику нужно обладать определенными качествами, а также желаниями. Кайдзен – это не только внедрение идей сверху, но и усилия каждого участника фирмы. Это подразумевает организованность, стремление к кооперации, коммуникацию, взаимодействие между подразделениями фирмы и постоянные тренировки. Второй принцип: улучшения должны производиться на регулярной основе, что означает постоянное совершенствование работы. Это отличает кайдзен от привычных нам оптимизации или реорганизации, носящих разовый характер. Третий принцип кайдзен: примат групповой работы над индивидуальной. В результате система становится саморазвивающейся, что порождает большое количество смыслов и идей.

Основная цель кайдзен – минимизация затрат через устранение лишних ненужных компонентов. Это предполагает осуществление анализа ситуации, вычленение того, что отнимает время, а время – главный ресурс. Как только мы избавляемся от лишнего, мы начинаем следовать кайдзен. От оптимизации эту философию кардинально отличает то, что она не подразумевает сокращение людских ресурсов, а приводит к более эффективному использованию тех сотрудников, которые работают в компании.

К слову, некоторые руководители фирм, присутствовавшие на лекции, поделились опытом: несмотря на разницу менталитетов японцев и россиян, кайдзен вполне может быть эффективно применим на российской почве, что приводит к росту производительности и порядку на производстве.

Впрочем, как бы люди ни старались отделять зерна от плевел, в обществе бытуют определенные мифы. К примеру, что русские, прежде чем быстро ехать, очень долго запрягают и не умеют планировать свое время, а японцы, напротив, отличаются сдержанностью и безграничным трудолюбием, граничащим с самопожертвованием. О российско-японской взаимной мифологизации исследователь культуры Японии VIII века Степан Родин, несколько раз посещавший Японию, знает не понаслышке.

Степан Родин

Лекция Степана Родина «Кайдзэн: бережливые технологии Японии». Фото: Любовь Кабалинова / Президентский центр Б.Н. Ельцина

Лекция "Кайдзэн: бережливые технологии Японии"

Видео: Артур Селезнев

– Конечно, существуют стереотипы, под которые пытаются «подогнать» совершенно разных людей, – объяснил Степан Родин. – Пример: мой учитель, известный историк-японист, доктор исторических наук Александр Мещеряков. Он живет в России, любит природу и тонко чувствует язык. При этом он пишет по большой книге раз в два года и успевает сделать очень многое. Его часто спрашивают, как он все успевает. И он объясняет, что не ждет вдохновения, а каждое утро пьет зеленый чай и пишет с 9 до 14. И к концу года у него уже бывает готов черновой вариант книги. Это наглядный пример последовательного применения кайдзен россиянином, творческим человеком, ученым.

Обратный пример, касающийся Японии: есть стереотип, что японцы очень трудолюбивы. Этот стереотип сформировался в 60-е годы, когда промышленность Японии поднимали люди, пережившие Вторую мировую войну. Они были приучены к труду, и им не требовались дополнительные стимулы. И их переработки оплачивались. Сегодня же часть людей имитируют деятельность, просто находясь на рабочем месте. И доплаты начали отменять. Так что выяснилось, что японцы не все такие уж трудолюбивые.

– У России и Японии непростой исторический бэкграунд в виде Первой и Второй мировых войн, когда наши страны оказывались по разную сторону баррикад, а также в виде «висящей» над нашими отношениями, как Дамоклов меч, проблемы Курильских островов. Как в сегодняшней Японии относятся к России?

– Если у японцев спросить, кто их ближайший географический сосед, они ответят, что это Китай. Или Корея. Или США. При том, что Россия и Япония очень близки географически, в массовом сознании японцев мы присутствуем не в такой большой доле, как нам кажется. Конечно, в Японии знают наши ключевые образы и локальные мемы – это, например, блины или Чебурашка. Чебурашка в Японии очень популярен, японцы даже сделали его японскую версию. Это что касается мемов.

Из реальных же людей олицетворением России для многих японцев является президент РФ Владимир Путин. Люди ассоциативно переносят те качества, которые видят в нем, на всех русских.

У русских, в свою очередь, как мне кажется, очень хорошее отношение к японцам. И Русско-японская война этому отношению не навредила, а, как оказалось, даже помогла. После той войны в России проснулся огромный интерес к Японии. Проходили выставки японской графики, была основана школа японоведения Николая Конрада, Евгения Поливанова, Сергея Елисеева, которые много сделали для понимания Японии.

– Сегодняшняя Япония – это в большей степени традиционное общество или ультрамодернизированная страна XXI века, прошедшая через план Маршалла?

– Я часто провожу эксперимент и с профессионалами-японоведами, и с обычными людьми, спрашиваю, что для них Япония. Респонденты обычно называют гейшу, самураев, сакуру, саке, суши, аниме и комиксы.

– А поэзию Мацуо Басё? А жанр хокку?

– Басё и хокку уже мало кто вспоминает, особенно 19–20-летние. Вообще то, что мы знаем о Японии, – во многом заслуга самих японцев. Это политика послевоенного времени, 60–70-е годы, называлась она «нихондзинрон», проще говоря, «японцы о Японии». Армии у Японии не было, и приходилось выстраивать отношения с другими государствами с позиции «мягкой силы», культурной дипломатии. И людям это понравилось.

– Вы упоминали самураев, которые являются символами Японии. В книгах, описывающих быт и принципы жизни самураев, например, в «Книге самурая», просматриваются параллели с мировоззрением античных греков, тех же спартанцев. То есть это мировоззрение представителей древней культуры, которых численно достаточно мало, но которым приходится выживать в окружении более крупных государств и пытаться сохранить свою идентичность. Так ли это?

– Да, есть работы, которые ищут сходство между средневековой Японией и античной традицией. Сходство – в аскетизме, нестяжательстве, бесстрашии и готовности пожертвовать жизнью. Мы привыкли считать, что самурай – доблестный воин, который вспарывает себе живот ради своего господина, а господин у него только один. На деле это не совсем так. Бывали ситуации, когда низы свергали верхи, и иерархия менялась. Слово «самурай» происходит от слова «служить». И на ранних этапах формирования самурайства самураи могли менять своего сюзерена, это не возбранялось. Если ты сюзерен, то несешь ответственность за своих вассалов, а если ты не можешь их прокормить, то освободи их. Пусть ищут другого хозяина.

– Можно ли считать готовность самурая пожертвовать жизнью тягой к смерти?

– У самураев просто нет страха смерти, при этом у них есть страх умереть неправильной смертью. Даже бытовало такое выражение «умереть как собака». Страшно, если тебя неправильно погребут. Страшно сделать харакири из-за позора, ведь тогда будет опозорен весь род. При этом существует немало примеров, когда самураи добровольно отправлялись в мир иной вслед за господином.

– В глазах западного человека китайцы и японцы кажутся культурологически очень близкими. Можно вспомнить заимствование японцами конфуцианства. Так ли это?

– Один мыслитель сказал: «У Японии свои только песни и японские боги, все остальное мы откуда-то взяли». Японцы очень много заимствовали у китайцев. Вместе с тем, средневековые китайцы никуда не ездили учиться, а японцы этого не чурались.

– Какой период истории Японии в большей степени интересен вам как исследователю?

– VIII век. Это время создания первых письменных памятников, появление первых поэтических антологий и создание первых законодательных сводов. Это появление первой столицы, создание гигантского храмового комплекса Тодай-дзи, который и сегодня является самым большим деревянным сооружением в мире, построенным в середине VIII века без гвоздей. Еще один аргумент: школа «древников» в России всегда являлась очень сильной, и мне было у кого учиться.