В дни проведения Международной промышленной выставки ИННОПРОМ–2017 Президентский центр Б.Н. Ельцина стал эффективной площадкой и центром притяжения для известных политиков.

Так, Музей Б.Н. Ельцина посетил японский государственный и политический деятель Ёсиро Мори, который в 1992–1993 годах занимал пост министра внешней торговли и промышленности, а в 2000–2001 годах был премьер-министром Японии.

Среди высоких гостей Ельцин Центра в дни ИННОПРОМа – глава Центра стратегических разработок Алексей Кудрин, заместитель председателя Правительства Российской Федерации Аркадий Дворкович, известный хоккеист Вячеслав Фетисов и многие другие.

– Музей Б.Н. Ельцина потрясающе и профессионально сделан, на очень современном уровне, – поделился впечатлениями от посещения Музея Б.Н. Ельцина Аркадий Дворкович. – По своему технологическому уровню и дизайну Музей Б.Н. Ельцина один из лучших в мире. Он очень нужен, как детям, которые только начинают свою жизнь и которым нужно знать историю, так и взрослым, которые пропустили 90-е через себя и могут заново пережить те эмоции, которые они испытывали. Хочется выразить огромную благодарность семье Бориса Николаевича Ельцина, тем, кто внес вклад в создание Музея Б.Н. Ельцина, тем, кто продолжают его каждый день развивать. Музей живет, прирастает впечатлениями людей, новыми экспонатами, архивами, – это очень важно.

– Музей Б.Н. Ельцина – своего рода путешествие во времени. Какие воспоминания возникли у вас в музее?

– Музей начинается с 30-х годов. Я знаю об этом периоде по воспоминаниям своих родственников, бабушек и дедушек. 50-е и 60-е годы помнят мои родители, и это интересно увидеть через документы, кадры кинохроники. 80-е – это обстановка нашего времени, наших квартир, того, с чем мы сталкивались каждый день. Помню период конца 80-х – начала 90-х, когда я учился университете, наблюдал за политической жизнью. Помню события 1991-го, 1993-го годов, референдум, выборы, дефолт. В связи с каждым событием вспоминается что-то для меня близкое. В 1991 году мы видели происходящее на улицах, в 1993-м приехали к Белому дому уже после окончания событий и увидели, как он выглядит… Дефолт 1998 года я переживал уже на работе, когда работал в министерстве финансов и знал, что дефолт неизбежно произойдет. Неизвестно было только, в какой именно день это случится. Сегодня, действительно, будто произошло путешествие во времени, - рассказал Аркадий Дворкович.

Другой гость Ельцин Центра, известный хоккеист, капитан команды ЦСКА и сборной СССР Вячеслав Фетисов был в Президентском центре Б.Н. Ельцина не раз и, можно сказать, чувствует себя в нем как дома. Что не удивительно – с Борисом Николаевичем Ельциным легенду спорта связывали особые теплые отношения.

– Я был на открытии Президентского центра Б.Н. Ельцина – и уехал под огромным впечатлением от увиденного, – рассказал Вячеслав Фетисов. – Ельцин Центр связан с первым президентом моей страны. В Музее Б.Н. Ельцина наглядно представлена и правдиво рассказана та история, которую прожила страна. В некоторых залах будто возвращаешься в то время. И, конечно, лучше начинаешь понимать величие истории, понимать, что мы приобрели. Кроме того, это родное для первого президента нашей страны место.

– Что мы приобрели благодаря 90-м и Борису Николаевичу Ельцину?

– Свободу. Это самое ценное, что есть. Приобрели право выбора. При этом мы, родившись в одной стране, живем в другой, и это серьезная ломка для всех. Те ценности, которые у нас были, трансформировались. Молодые люди, которые приходят в Ельцин Центр, приобретают бесценный опыт, ведь здесь можно многое увидеть и потом сделать для себя вывод о том, что происходило в стране. Сегодняшний день был заложен в 90-е. Наиболее яркие мои воспоминания связаны в большей степени с личностным успехом, с концом 70-х, когда я стал членом великой хоккейной команды и долгое время был ее капитаном. Слова «патриотизм», «честь», «достоинство», «друг» были для нас не пустыми словами. Не удивительно, что никто не мог понять, как нас можно было обыграть. Материальная сторона была для нас вторична, а духовная, моральная – первична, и это было наше главное оружие. Мы думали прежде всего о том, что делаем нужное для людей дело. До сих пор на улицах российских городов ко мне подходят люди, вспоминают, благодарят. В то же время мне довелось и побороться с советской системой за свои права и свободу. 90-е годы были интересным временем, я играл за океаном, смотрел на происходящее в России со стороны. Вообще большое видится на расстоянии. Никогда не забуду 1991-й год, когда мы с супругой вернулись в отпуск из США, и я оказался на баррикадах. Я делюсь этим опытом с молодежью – не дай Бог нам оказаться в подобной ситуации еще раз.

– С Борисом Николаевичем вы были тогда знакомы?

– Мы познакомились намного позже. У нас сложились очень хорошие отношения, мы ходили семьями друг к другу в гости. Никогда не забуду, как Борис Николаевич приехал на мой день рождения в начале 2000-х. Обычно он звонил один из первых, рано утром, поздравлял. В тот раз Борис Николаевич позвонил и спросил: «Вячеслав Александрович, у вас сегодня день рождения?». Я подтвердил: «Да, Борис Николаевич». Он спросил: «Где отмечать будете?». Я сказал, что дата не круглая, да и работы полно. Он прокомментировал, что это неправильно, и день рождения нужно обязательно отмечать, сказал, что приедет с Наиной Иосифовной. Они приехали, и мы очень хорошо посидели, провели день рождения в тесном кругу, с моими родителями и родителями моей супруги. Борис Николаевич подарил мне книгу, подписал ее. Также и мы приезжали к Ельциным в гости, близко общались. Мы с Борисом Николаевичем не обсуждали 90-е, но все равно возвращались к этой теме, к тому, что связано со спортом, с тем, что происходит вокруг. Он переживал за все, очень по-человечески. Во Франции во время финала Кубка Дэвиса по теннису мы болели за Россию, и Ельцин искренне переживал. И весь зал, который болел против, увидев, как Борис Николаевич поддерживает команду, начал потихоньку поддерживать наших ребят. А потом была настоящая мужская радость за победу. Думаю, спорт дал Борису Николаевичу тот характер, который помогал ему во многих непростых жизненных ситуациях. Но, повторю, он переживал за все сердцем, и это в итоге сказалось на его здоровье.